Если же отцу Анны и Стивена приходилось брать часть работы на уикенд, он мог быть в городе или вне его, мать же часто предпочитала оставаться именно в Нью-Йорке. Ну а сама Анна иногда гостила в особняке родителей бойфренда.
Отец хмурился, когда дочь открыто проводила ночи со своим парнем: это была одна из тех немногих вещей, по поводу которых он отличался строгостью. Мать смотрела на все иначе, поскольку высоко ценила Александра. Когда Гринвичского Старика приглашали на совместные каникулы, молодые люди должны были спать в разных спальнях, а это значило, что если Стивен к такие моменты присоединялся к семье, то парни занимали одну комнату. Анна не позволяла бойфренду оставаться в родительском доме из опасений, что их застукают.
На уикенд она ездила в Бостон. Отец решил, что она будет в корпоративных апартаментах его компании в «Копли Плаза», но дочь там даже не появилась. К счастью, он не особо переживал. Эдвард, казалось, не контролировал Анну, как, она знала, контролировал Стивена.
– Наконец-то! Я ждала целую вечность, – выкрикнула Элеонора, едва Анна открыла парадную дверь: она сидела в главной гостиной и не двигалась, поскольку не была поклонницей Джеммы и Джона Сноу.
Всякий раз, когда сводная сестра бойфренда заявлялась в дом Анны, девушке приходилось выгонять ньюфов из комнаты, и это сводило ее с ума, потому что питомцы просто не понимали причины. Элеонора жаловалась, что у нее небольшая аллергия на собак, однако все было не так. Она находила, что их слюни – это мерзко и негигиенично, сама же явно находилась на грани обсессивно-компульсивного расстройства, и Анне было проще держать собак на расстоянии от сестры Александра, когда та «заскакивала» (так Элеонора называла свои непрошенные вторжения). Почему бы ей не сообщать о своих планах по телефону, как это делают остальные?
– Привет, Элеонора, – поздоровалась Анна, стараясь, чтоб голос не выдавал ее истинных чувств. – Чем обязана твоему появлению?
– Я тебя целую вечность не видела, и я чувствую себя «хнык-хнык», поэтому я подумала: «Элли, переверни этот грустный смайлик и подними свою милую задницу, чтобы сказать Энни, как ты скучаешь!» – Голос Элеоноры звучал приторно. – А собакам еще не пора попрощаться? Я чувствую себя такой покинутой, сидя тут одна-одинешенька. К тому же нос у меня начинает дергаться, как у кролика.
Анна вздохнула. С некоторых пор ньюфы уже старались держаться подальше от Элеоноры и убегали через большую собачью дверь, но на сей раз они, должно быть, остались, поскольку ждали возвращения хозяйки.
– Джемма! Джон Сноу! Задний двор! – скомандовала она, и ньюфы повернули к ней свои гигантские морды, а потом поднялись и направились на кухню. Анна последовала за ними на случай, если Магда, главная экономка, уже начала готовить ужин. Джон Сноу был печально известным кухонным вором, который однажды жестоко уничтожил рождественскую индейку, чему – Анна клялась – он научился, смотря по телевизору «Рождественскую историю»[50]. Она выпустила собак через французские двери, и они галопом выскочили на лужайку позади дома, с грустью обернувшись, когда она закрыла дверь: собаки сообразили, что хозяйка не выйдет с ними поиграть. «Извините, ребята. Виновата Элеонора».
Она хотела почитать до ужина, но теперь у нее было такое чувство, что Элеонора «пригласила» себя остаться, поэтому Анна попросила Магду ни в коем случае не стряпать множество сложных блюд. Позже девушки съели в столовой овощную лазанью, а сводная сестра Александра наконец заговорила об истинной причине своего прихода.
– Энни, можем мы теперь побеседовать по-настоящему? – спросила она, используя свой лучший «взрослый» тон, и звучало это так, будто она – ведущая ток-шоу на лошадиной дозе «Аддералла». – Позязя?
Анна ненавидела, когда Элеонора называла ее «Энни», и несколько раз просила ее не делать этого, однажды даже потребовав у Александра, чтоб бойфренд заставил ее прекратить, но, к сожалению, ничего не сработало.
Вдобавок по меньшей мере половину разговоров Элеонора вела в детской манере, что для ушей Анны звучало, как скрип гвоздя по стеклу.
– Конечно, в чем дело?
– Я пока еще не решила, чего хочу на день рождения. То есть, конечно, кроме того, чтоб провести его с моей лучшей подругой, а ведь это очевидно! Мамочка хочет устроить семейный ужин в клубе, а я должна узнать, как будет удобнее вам с Александром. Он приедет на выходные?
Анна покачала головой.
– Нет. Я совсем недавно была у него: Александр занят, ему надо написать статью.
Лицо Элеонора вытянулось при этой новости, и на нем появилось самое раздражающее надутое выражение.
– Сперва я подумала, что мы могли бы устроить семейный праздничный ужин на выходных, но потом мне стало немного грустно. Знаешь, мой день рождения технически на день ближе к этому уикенду, чем к следующему. – То была специализация Элеоноры: она пассивно-агрессивно надувала губы, пока не изматывала всех и не получала желаемое. – Александр сумеет написать свою статью здесь? Я просто думаю, что семейный ужин был бы намного лучше, если б его провели воскресным вечером в клубе.
