| She lay in bed with open eyes, by the light of a single burned-down candle, gazing at the carved cornice of the ceiling and at the shadow of the screen that covered part of it, while she vividly pictured to herself how he would feel when she would be no more, when she would be only a memory to him. | Она лежала в постели с открытыми глазами, глядя при свете одной догоравшей свечи на лепной карниз потолка и на захватывающую часть его тень от ширмы, и живо представляла себе, что он будет чувствовать, когда ее уже не будет и она будет для него только одно воспоминание. |
| "How could I say such cruel things to her?" he would say. "How could I go out of the room without saying anything to her? | "Как мог я сказать ей эти жестокие слова? -- будет говорить он. -- Как мог я выйти из комнаты, не сказав ей ничего? |
| But now she is no more. | Но теперь ее уж нет. |
| She has gone away from us forever. | Она навсегда ушла от нас. |
| She is...." | Она там..." |
| Suddenly the shadow of the screen wavered, pounced on the whole cornice, the whole ceiling; other shadows from the other side swooped to meet it, for an instant the shadows flitted back, but then with fresh swiftness they darted forward, wavered, commingled, and all was darkness. | Вдруг тень ширмы заколебалась, захватила весь карниз, весь потолок, другие тени с другой стороны рванулись ей навстречу; на мгновение тени сбежали, но потом с новой быстротой надвинулись, поколебались, слились, и все стало темно... |
| "Death!" she thought. | "Смерть!" -- подумала она. |
| And such horror came upon her that for a long while she could not realize where she was, and for a long while her trembling hands could not find the matches and light another candle, instead of the one that had burned down and gone out. | И такой ужас нашел на нее, что она долго не могла понять, где она, и долго не могла дрожащими руками найти спички и зажечь другую свечу вместо той, которая догорела и потухла. |
| "No, anything--only to live! | "Нет, все -- только жить! |
| Why, I love him! | Ведь я люблю его. |
| Why, he loves me! | Ведь он любит меня! |
| This has been before and will pass," she said, feeling that tears of joy at the return to life were trickling down her cheeks. | Это было и пройдет", -- говорила она, чувствуя, что слезы радости возвращения к жизни текли по ее щекам. |
| And to escape from her panic she went hurriedly to his room. | И, чтобы спастись от своего страха, она поспешно пошла в кабинет к нему. |
| He was asleep there, and sleeping soundly. | Он спал в кабинете крепким сном. |
| She went up to him, and holding the light above his face, she gazed a long while at him. | Она подошла к нему и, сверху освещая его лицо, долго смотрела на него. |
| Now when he was asleep, she loved him so that at the sight of him she could not keep back tears of tenderness. But she knew that if he waked up he would look at her with cold eyes, convinced that he was right, and that before telling him of her love, she would have to prove to him that he had been wrong in his treatment of her. | Теперь, когда он спал, она любила его так, что при виде его не могла удержать слез нежности; но она знала, что если б он проснулся, то он посмотрел бы на нее холодным, сознающим свою правоту взглядом, и что, прежде чем говорить ему о своей любви, она должна бы была доказать ему, как он был виноват пред нею. |
| Without waking him, she went back, and after a second dose of opium she fell towards morning into a heavy, incomplete sleep, during which she never quite lost consciousness. | Она, не разбудив его, вернулась к себе и после второго приема опиума к утру заснула тяжелым, неполным сном, во все время которого она не переставала чувствовать себя. |
