| "I'll be sure to!" Kitty said na?vely, looking compassionately into her eyes. | -- Непременно!-- наивно повторила Кити, соболезнующе глядя ей в глаза. |
| "So good-bye, Dolly." And kissing Dolly and shaking hands with Kitty, Anna went out hurriedly. | -- Так прощай, Долли!-- И, поцеловав Долли и пожав руку Кити, Анна поспешно вышла. |
| "She's just the same and just as charming! | -- Все такая же и так же привлекательна. |
| She's very lovely!" said Kitty, when she was alone with her sister. "But there's something piteous about her. | Очень хороша!-- сказала Кити, оставшись одна с сестрой. -- Но что-то жалкое есть в ней! |
| Awfully piteous!" | Ужасно жалкое! |
| "Yes, there's something unusual about her today," said Dolly. "When I went with her into the hall, I fancied she was almost crying." | -- Нет, нынче в ней что-то особенное, -- сказала Долли. -- Когда я ее провожала в передней, мне показалось, что она хочет плакать. |
| Chapter 29 | XXIX. |
| Anna got into the carriage again in an even worse frame of mind than when she set out from home. | Анна села в коляску в еще худшем состоянии, чем то, в каком она была, уезжая из дома. |
| To her previous tortures was added now that sense of mortification and of being an outcast which she had felt so distinctly on meeting Kitty. | К прежним мучениям присоединилось теперь чувство оскорбления и отверженности, которое она ясно почувствовала при встрече с Кити. |
| "Where to? | -- Куда прикажете? |
| Home?" asked Pyotr. | Домой? -- спросил Петр. |
| "Yes, home," she said, not even thinking now where she was going. | -- Да, домой, -- сказала она, теперь и не думая о том, куда она едет. |
| "How they looked at me as something dreadful, incomprehensible, and curious! | "Как они, как на что-то страшное, непонятное и любопытное, смотрели на меня. |
| What can he be telling the other with such warmth?" she thought, staring at two men who walked by. "Can one ever tell anyone what one is feeling? | О чем он может с таким жаром рассказывать другому? -- думала она, глядя на двух пешеходов. -- Разве можно другому рассказывать то, что чувствуешь? |
| I meant to tell Dolly, and it's a good thing I didn't tell her. | Я хотела рассказывать Долли, и хорошо, что не рассказала. |
| How pleased she would have been at my misery! | Как бы она рада была моему несчастью! |
| She would have concealed it, but her chief feeling would have been delight at my being punished for the happiness she envied me for. | Она бы скрыла это; но главное чувство было бы радость о том, что я наказана за те удовольствия, в которых она завидовала мне. |
| Kitty, she would have been even more pleased. | Кити, та еще бы более была рада. |
| How I can see through her! | Как я ее всю вижу насквозь! |
| She knows I was more than usually sweet to her husband. | Она знает, что я больше, чем обыкновенно, любезна была к ее мужу. |
| And she's jealous and hates me. | И она ревнует и ненавидит меня. |
| And she despises me. | И презирает еще. |
| In her eyes I'm an immoral woman. | В ее глазах я безнравственная женщина. |
