Вечером, возвратившись домой, она вдруг решила посмотреть, совсем ли Лоран съехал. Ей зачем-то непременно понадобилось убедиться в этом самой. Она поднялась на седьмой этаж. Комната была в полном порядке. Матрас на железной койке свернут, в шкафу — пусто, пол подметен. На стене висел план метро, прикрепленный кнопками. Анна не заметила его в прошлый раз. Стекло в мансардном окне было черное от копоти и пыли. Из-за стены доносился чей то голос. Было холодно и сыро. Голая лампочка, свисавшая на проводе с потолка, освещала все ровным белым светом. Анна стояла, опустив руки, забыв обо всем. Ее завораживала эта пустота. Она могла бы сейчас сказать, какого цвета были брюки на Лоране, когда она увидела его в первый раз. Из грубого синего полинявшего полотна, с заплатами на коленях. Длинные блестящие волосы теплого каштанового цвета обрамляли его мужественное лицо с тяжелой челюстью и мясистыми губами. В глазах поблескивали золотистые искорки.
Всякий раз, когда Пьер принимал какое-нибудь решение, не посоветовавшись с женой или дочерью, у него бывал виноватый вид.
— Тебя не было дома, — оправдывался он, — а Мили спала... Я был застигнут врасплох... К тому же он вел себя очень корректно... Хотя я ничего у него не просил, он заплатил мне за предыдущего жильца... И попросил ключ от комнаты... Я дал ему... Я думаю, я правильно поступил, да?
— Ну, конечно, — сказала Анна. — Раз он уплатил долг...
За три недели, прошедшие после отъезда Лорана, она привыкла к мысли, что он уже не вернется. Она даже подумывала сдать комнату студенту, которого рекомендовала привратница.
— Надеюсь, что он один, — добавила она.
— Вот ведь глупость, я и не спросил его об этом!
— Неважно, папа.
Она выпила, как всегда, стакан сухого вина на кухне. В доме вдруг снова стал существовать седьмой этаж. Там находилось нечто дружелюбное, теплое и таинственное. Обиходив Мили и поужинав сама, Анна присела с отцом у телевизора. Пьер, держа руку жены, постепенно погружался в дремоту, убаюкиваемый мельканием лошадей в ковбойском фильме. Мили спала, хрипло дыша, втягивала запавшие щеки. Анна пыталась решить в уме одну служебную проблему. Ей надо было завтра представить господину Куртуа эффектный эскиз рекламы собрания сочинений Оскара Уайльда. Эскиз Каролюса был неплох, но... Она взялась за вышивание. Иголка скользила взад и вперед, создавая стежок за стежком блеклые контуры цветка.
Большинство помещений были уже пусты, когда Анна вышла из своего кабинетика с Каролюсом и Брюно. Мимо по коридору прошла уборщица, волоча мусорную корзину, до краев набитую бумагами. Улицу Сервандони окутывал туман. Уличные фонари отражались в блестящих капотах стоявших вдоль тротуара машин. На противоположной стороне улицы среди снующих теней прохожих виднелся неподвижный силуэт. Анна узнала Лорана. Он медленно пересек проезжую часть улицы. Она быстро распрощалась со своими сотрудниками и повернулась к нему.
— Добрый вечер, — пробасил он. — Поздненько вы задерживаетесь... Значит, вот где вы работаете... Ничего себе махина!..
— Да, довольно большое издательство, — сказала она.
— И что же вы издаете? Романы?
— Нет. Больше — книги о путешествиях, труды по истории, классику... Выпускаем также много книг для детей...
Они шли к площади Сен-Сюльпис. Лоран шагал молча, глядя себе под ноги. Вдруг он спросил:
— Вы не сердитесь, что я снова занял вашу комнату?
— Нет, почему же?
— Это могло вас не устраивать...
— Я тогда бы так и сказала.
— Я надеялся, что вы ответите на мое письмо.
Она солгала:
— Я не думала, что нужен ответ.
Они прошли еще немного, не пытаясь даже поддерживать разговор. Потом Лоран предложил Анне зайти в кафе. Они сели за столик, и перед ней, не успела она опомниться, появился бокал сухого вина. Он заказал себе томатный сок, но не пил его. Сидел напротив, скрестив на груди руки, и глядел на нее. Молча. Не выдержав, она прервала молчание.
— Почему вы так внезапно уехали? — спросила она.
— У меня все деньги кончились.
— А почему в Экс-ан-Прованс.
— Потому что там живут мои родители... Пойдемте со мной сегодня в кино?
Анна с удивлением посмотрела на него. В глазах молодого человека была властная мольба, была нетерпеливая нежность. Она намеренно тянула с ответом. Потом сказала небрежно:
— А почему бы и нет?..
Лоран так просиял, что она поняла: он этого от нее не ждал.
— Нет, правда?! — воскликнул он. — Вы согласны?
— Смотря на какой фильм! — сказала она.
— Вот уж мне абсолютно наплевать на какой! Главное провести с вами вечер!
Снова долгое молчание. Лоран с решительным видом насыпал в сок перцу. Его взгляд уже не выражал особых эмоций. Какие мысли бродили в его голове? Он выпил сок и спросил:
— Как чувствует себя ваша мать?
Анна улыбнулась. Странная манера перескакивать с предмета на предмет! Точно в мыслях его нет логической связи.
— Да все так же, — сказала она.
— Вы очень ее любите?
Она утвердительно наклонила голову.
— А вы на нее похожи? — снова спросил он.
— Думаю... кое в чем да... Но мне пора. Мама ждет меня. Я и так уже задержалась...
