А в предыдущей главе на 110-й странице он пишет, что для реальных боевых действий, которые выдвигала Вторая мировая война, танковые корпуса оказались недостаточно крупными механизированными соединениями, поэтому в СССР в ходе войны были сформированы танковые армии, которые могли решать стратегические задачи: «Имея и теорию, и инструмент прорыва, Красная армия всегда (хотя иногда и с трудом) в конечном счете взламывала любую теоретически непреодолимую оборону – от японской полевой в знойных степях Монголии и заснеженной „Линии Маннергейма“ до укрепленных полос на Зееловских высотах на подступах к Берлину и японских укрепленных районов в Маньчжурии.
И еще одно фундаментальное отличие. Танковые армии в Советском Союзе были действительно танковыми армиями, так как их основу составляли танковые соединения и части с необходимыми средствами усиления и поддержки.
В армии Германии под термином „танковая группа“, затем „танковая армия“, понималось огромное объединение, основу которого составляли пехотные дивизии. Были в составе такой группы или армии и танковые дивизии, но, как правило, в меньшинстве».
На странице 129 мистер Резун вещает: «Польское командование надеялось, что братья-славяне идут на выручку, потому организованного сопротивления против Красной армии не было».
Польское командование знало, что войска Красной армии – освободительницы вошли на оккупированную Польшей территорию Западной Украины и Западной Белоруссии для того, чтобы восстановить справедливость и воссоединиться с народами, попавшими в польскую оккупацию в 1921 году. Тем более что руководители Польши отказались от пакта с СССР: «11 мая переговоры между Советским Союзом, Англией и Францией были еще более осложнены заявлением польского посла в Москве Гржибовского о том, что „Польша не считает возможным заключение пакта о взаимопомощи с СССР..“»595
На странице 145 заламаншский путаник истории пишет: «Стараниями ужасно прогрессивных стратегов 7 июня 1940 года командарм 2 ранга Павлов был снят с должности начальника Автобронетанкового управления Красной армии и отправлен командовать Белорусским особым военным округом, который через несколько дней после назначения Павлова был преобразован в Западный особый».
Казалось бы, все здесь правильно, но есть один нюанс. 4 июня 1940 года командарму 2 ранга Д.Г. Павлову было присвоено звание «генерал-полковник танковых войск», поэтому 7 июня 1940 года никакого командарма 2 ранга Д.Г. Павлова не было, а был генерал-полковник танковых войск Д. Г. Павлов. Мелочь, конечно, но мистер Резун предупреждает: «Дьявол в мелочах! Обращайте внимание на мелочи!»596. В книге «Святое дело» «мелкий враженок»597 вещает: «Между тем главное правило обманщиков – поменьше подробностей, так как на подробностях врунишек и ловят»598. Вот он сам и попался!
К 267-й странице «командарм 2 ранга Д.Г. Павлов» 7 июня 1940 года стал генерал-полковником танковых войск: «7 июня 1940 года генерал-полковник танковых войск Д.Г. Павлов был назначен командующим войсками Белорусского особого военного округа, приказ НКО 02469 (11 июля 1940 года БОВО был преобразован в ЗапОВО)».
В результате у английского мистера получается, что Д.Г. Павлов 7 июня 1940 года был командармом 2-го ранга и генерал-полковником танковых войск. Одновременно!
А в книге «Беру свои слова обратно» мистер Резун сообщает дату, когда Д. Г. Павлов получил звание «генерал-полковник танковых войск»: «4 июня 1940 года в Красной армии были введены генеральские звания. В этот день постановлением СНК Павлов получил воинское звание генерал-полковника танковых войск»599.
На странице 138 английский мистер сравнивает советские танковые бригады и механизированные дивизии с кубиками и уверяет читателей в том, что можно, мол, танковые соединения переставлять и сочетать, как кубики: «Организация танковых войск по Павлову получилась простой, четкой, понятной, новые соединения – мощными, мобильными, управляемыми. Танковые бригады и моторизованные дивизии можно было включать в состав стрелковых корпусов, общевойсковых армий и фронтов, а также держать в резерве Главного командования.
Принцип Павлова: не загружать один маршрут тысячами машин, а разнести эту мощь в пространстве, действовать на разных направлениях, но с единой целью, по единому замыслу и плану. При необходимости эти соединения, как кубики, можно было использовать в любых сочетаниях».
