25-й Псковско-Островский УР – 500 км от границы, 85 км по фронту, 147 полностью готовых ДОС. В том числе орудийные капониры новейшей конструкции постройки 1939 года. Чем объяснить его печальную участь?»
Я тоже повторю еще раз. В.А. Анфилов опровергает английского любителя «давить на эмоции»631 и сообщает, что УРы на советских границах изначально строились как батальонные районы обороны: «Полевое оборонительное строительство в приграничной зоне с весны 1941 года получило широкий размах. Так, в Прибалтийском военном округе возводилось 164 батальонных района обороны. Большое количество их строилось в Струмиловском и Рава-Русском укрепленных районах Киевского военного округа. К началу июня только в предполье было построено 18 батальонных районов и 3 отдельных ротных опорных пункта»632.
Да и сам мистер Резун в книге «Ледокол» подтверждает сообщение В.А. Анфилова: «Помимо старых крепостей в этих же районах находились старые, не столь мощные укрепления: капониры, каждый на одну стрелковую роту (выделено мной. – С. Ж)»633.
В книге «Последняя республика» заламаншский лгун заявил о том, что Советская Россия в 1920 году якобы напала на Польшу: «В 1920 году коммунисты предприняли новую попытку начать Вторую мировую войну прорывом через Польшу и Германию. На этот раз цель – «напоить красных коней водой Вислы и Рейна». Вот выдержки из приказа войскам Западного фронта № 1423 от 2 июля 1920 года; «„…На западе решается судьба мировой революции. Через труп белой Польши лежит путь к мировому пожару. На штыках понесем счастье и мир трудящемуся человечеству. На запад!..“ Подписано: Тухачевский, Смилга, Уншлихт, Шварц»634.
А в книге «Разгром» на 299-й странице автор себя опровергает и вещает о том, что в том же 1920 году Советская Россия не могла ни на кого напасть: «В 1920 году Советская Россия была неспособна вести войну против Японии. Не было сил воевать на стольких фронтах и столько лет. Голод. Тиф. Разруха.
Что делать?
Оттягивать войну с Японией.
Но как?
Да очень просто. От России был отрезан огромный кусок: Забайкалье, Амурская область, Приморье. На этих территориях было создано якобы независимое государство – Дальневосточная республика (ДВР). Между Россией и Японией был образован мощный буфер. Точек соприкосновения не осталось, а потому исчезла сама основа для конфликта».
В книге «Последняя республика» заламаншский «исследователь» «убедительно доказывает» невозможность заключения мира между Англией и Германией («Не мог Черчилль, не освободив Нормандских островов, с Гитлером объединяться») и совместного нападения на Советский Союз: «Из-за кордона выписали „научного профессора“ Г. Городецкого, и он написал книгу „Миф «Ледокола»“. На первый взгляд, книга – против меня одного, а на второй – не только против одного…
Приятно, когда про меня книги пишут. Жалко, что включиться в нее трудно.
Пробовал несколько раз, не получается. Не интересно. И тогда начал читать книгу наоборот, не с первой страницы, а с последней. И сразу стало интересно.
Итак, последняя фраза последней главы – торжественный финал о всех нас, о жителях бывшего Союза и его лидерах: „Все были уверены, что британский флот на всех парах идет по Балтийскому морю, чтобы совместно с Гитлером напасть на Ленинград и Кронштадт“ (с. 338).
…И вовсе не в том вопрос, чей пьяный бред повторяет Городецкий. Вопрос в другом: сам Городецкий верит в такую возможность или не верит? Если чью-то глупую речь Городецкий использует в качестве аргумента, причем самого последнего и решающего, значит, сам в это верит. А раз верит, то должен представить доказательства, иначе любые разговоры об объединении германского и британского флотов есть клевета и на Германию, и на Британию. Не могли ни здравомыслящие британцы, ни здравомыслящие немцы топить друг у друга крупнейшие линкоры и тут же объединять те, что остались, в единый флот… Такое объединение было исключено. Исключено потому, что часть британской территории – Нормандские острова – оккупированы Германией, граждане Британии находятся под властью СС и гестапо. Не мог Черчилль, не освободив Нормандских островов, с Гитлером объединяться.
…Давайте представим себе на минуту, что все было так, как пишет Городецкий, которому „безгранично помогал“ советник нашего президента. Итак, британский флот тайно объединился с германским, единый флот Гитлера – Черчилля „на всех парах“ прошел через Балтику и на рассвете 22 июня шарахнул из пушек по Ленинграду. Пусть будет так, пусть будет по Городецкому, Волкогонову и Золотареву.
А теперь представим себе понедельник, 23 июня 1941 года. Черчилль появляется в парламенте и объясняет народным избранникам: „Вот, мистеры и сэры, мы с Гитлером объединились и ударили по Ленинграду…“
Думаю, что если бы Черчилль такое сказал, то ему обязательно задали бы вопрос с места: „А зачем, сэр?“»635.
