Свидетельствует германский генерал-лейтенант Зигфрид Вестфаль: «Сталин, конечно, знал, что на его западной границе сосредоточиваются немецкие дивизии. Он знал, чем это было вызвано, и соответственно укреплял свои силы. Несмотря на это, Сталин до самого последнего момента надеялся, что до войны дело не дойдет. Таким образом, стратегически он был готов к наступлению немцев, начавшемуся в 3 часа 30 минут 22 июня 1941 года, но тактически оно застало его врасплох»646.
Свидетельствует германский генерал Гюнтер Блюментрит: «Фельдмаршал фон Клюге и его штаб находились в расположении 31-й пехотной дивизии к северу от Бреста. КЗ часам 30 минутам – это был час „Ч“ – начало светать, небо становилось каким-то удивительно желтым. А вокруг по-прежнему было тихо. В 3 часа 30 минут вся наша артиллерия открыла огонь»647.
Свидетельствует очевидец событий, человек, который 22 июня 1941 года находился в Брестской крепости, – генерал-полковник Л.М. Сандалов: «Минут за 5 – 10 до начала артиллерийского налета немецкие войска захватили переправы через Буг. Таких переправ в полосе 4-й армии было шесть: два железнодорожных моста (в Бресте и в Семятиче) и четыре автомобильно-гужевых (западнее Мотыкалы, у Коденя, Домачево и Влодавы). Железнодорожный мост у Бреста был захвачен десантом, высаженным из бронепоезда. А для захвата моста у Коденя фашисты прибегли к еще более коварному приему. Около 4 часов они стали кричать со своего берега, что по мосту к начальнику советской погранзаставы сейчас же должны перейти немецкие пограничники для переговоров по важному и не терпящему отлагательств делу. Наши ответили отказом. Тогда с немецкой стороны был открыт огонь из нескольких пулеметов и орудий. Под прикрытием огня через мост прорвалось пехотное подразделение. Советские пограничники, несшие охрану моста, пали в этом неравном бою смертью героев»648.
Германия, по свидетельству Маршалов Советского Союза Г.К. Жукова, К.К. Рокоссовского, Адмирала Флота Советского Союза Н.Г. Кузнецова, генерал-полковника Л.М. Сандалова, немецких генералов Г. Гудериана, Г. Гота, 3. Вестфаля, Г. Блюментрита, начала войну против СССР до 4 часов утра, а представители Германского министерства иностранных дел собирались сообщить об этом представителям руководства Советского Союза в 4 часа утра, то есть спустя некоторое время. На основании этого мы вправе считать германское нападение вероломным и без объявления войны.
Вероломное нападение Германии на Советский Союз 22 июня 1941 года мистер Резун сам подтверждает, ссылаясь на Маршала Советского Союза А.М. Василевского: «Василевский сложившуюся ситуацию описывает так: „Несмотря на все наши настояния, до войны нам не разрешили даже организовать подземный командный пункт, подземное рабочее помещение. Только в первый день войны, примерно в то же время, когда началась мобилизация, а мобилизация – как ни странно это звучит, – была объявлена в четырнадцать часов двадцать второго июня, то есть через двенадцать часов после начала войны, в это время во дворе 1-го Дома Наркомата обороны начали ковырять землю, рыть убежище“ (Знамя. 1988. № 5. С. 90)»649.
Если с момента нападения Германии до начала мобилизации прошло 12 часов, а мобилизация была объявлена в 14 часов, следовательно, нападение случилось в: 14 – 12 = 2 часа ночи 22 июня 1941 года.
Свидетельства всех этих военачальников полностью опровергают утверждение мистера Резуна и подтверждают слова И.В. Сталина, сказанные им в выступлении по радио 3 июля 1941 года: «Вероломное военное нападение гитлеровской Германии на нашу Родину, начатое 22 июня…»650
Премьер-министр Великобритании в годы Великой Отечественной войны Уинстон Черчилль тоже подтверждает факт вероломного нападения Германии без объявления войны на Советский Союз: «В 4 часа утра 22 июня Риббентроп передал русскому послу в Берлине официальный документ об объявлении войны. На рассвете Шуленбург явился в Кремль к Молотову. Последний молча выслушал заявление, зачитанное германским послом, а затем заметил: „Это война. Ваши самолеты только что подвергли бомбардировке около 10 беззащитных деревень. Вы считаете, что мы заслужили это?“»651.
Из вышеприведенной цитаты видно, что посол Германии в СССР граф Ф. фон дер Шуленбург зачитал заявление об объявлении войны
A. И. Микоян воспроизводит хронологию ночи с 21 на 22 июня 1941 года: «Мы разошлись около трех часов ночи 22 июня, а уже через час меня разбудили: „Война!“. Сразу члены Политбюро вновь собрались у Сталина, зачитали информацию о том, что бомбили Севастополь и другие города»652.
