В первой половине V в. до н. э. Полигнот работал в Дельфах, Платеях и Афинах, где получил за свои росписи общественных зданий права афинского гражданина. Полигнот первый преодолел наследие архаического искусства: скованность и плоскостность изображений. Нарисованные им фигуры отличались совершенством передачи анатомии человека, одежда стала «эхом тела». Многофигурные композиции создавали иллюзию глубины пространства. С помощью приоткрытого рта, ракурсов и движений фигур Полигнот стремился передать сложный мир душевных переживаний своих героев. Аристотель назвал его «хорошим изобретателем характеров», и в этом отношении Полигнот может быть сопоставлен с древними трагиками Эсхилом и Софоклом. Но картины Полигнота представляли собой скорей монументальный раскрашенный рисунок, чем живописные произведения в современном смысле этого слова. Фигуры в них моделировались контурной линией, а отдельные детали окрашивались в один тон краски. Полигнот преимущественно употреблял четыре краски: белую, желтую, красную, черную. Общий стиль произведений Полигнота и его последователей возвышенный. Аристотель отмечал высокую идейность этих работ; они являлись хорошим средством воспитания молодежи, славили подвиги героев, патриотизм. К таким произведениям относятся картины: «Битва при Марафоне», «Падение Илиона» (Трои), «Подземное царство» и др. Картины Полигнота достигали грандиозных размеров — 8—9 м в длину и 3—4 м в высоту. Каждая композиция включала от 70 до 90 фигур. В картине «Падение Илиона» Полигнот показал Трою на утро после роковой ночи: убитые воины на поле боя, объятые ужасом и горем пленницы, здесь же величавые вожди-победители — Менелай, Агамемнон и др. В окружении прислужниц на троне восседает виновница всех несчастий — Елена, неподалеку виден готовый к отплытию корабль Менелая. Картина «Подземное царство» повествует о судьбе душ, погибших в этом сражении. Ахилл, Патрокл и другие герои Троянской войны показаны Полигнотом молодыми и прекрасными, занятыми мирной беседой. Опечаленные же троянские герои — Гектор, Мемнон и другие были изображены смотрящими на муки Тантала и вечно катящего в гору камень Сизифа. Здесь много других грешников и прочих обитателей подземного царства. Они слетелись ко входу в подземное царство и жалуются на свою судьбу Одиссею, пришедшему сюда, чтобы спросить прорицателя, как успешней ему возвратиться домой.
Статуя девушки
Храм Посейдона в Пестуме
Ведущую роль в архитектуре V в. до н. э. играл дорийский ордер, в котором была преодолена прежняя тяжеловесность форм. К первой половине V в. до н. э. относятся дорийские периптеры, среди которых выделяются храмы в Посейдонии (Южная Италия) и Олимпии. Храм Зевса в Олимпии — «единственный на земле, достойный величия бога», как заметил римский историк Тит Ливий, был построен из местного известняка. Сюжеты скульптур, стоявших в восточном фронтоне, отвечали назначению этого популярнейшего в Греции святилища. Там находилась мраморная группа, изображавшая состязание Пелопса и Эномая на колесницах. В храме Зевса находилась исполненная Фидием хрисоелефантинная (из слоновой кости и золота) статуя Зевса высотою в 14 м. Тело Зевса было покрыто плотно пригнанными одна к другой пластинами из слоновой кости, а волосы и одежда были сделаны из листового золота. Зевс был изображен величаво сидящим на троне, сделанном из черного дерева, слоновой кости и золота и усыпанном драгоценными камнями.
так выражали свое удивление древние поэты. Существует предание о том, что Фидий создавал Зевса по тому образцу, который дан Гомером в следующих стихах «Илиады»:
Однако есть основания предполагать, что Зевс Фидия производил впечатление скорее «благодетеля человечества», чем грозного бога, заставлявшего дрожать Олимп и вселенную. По-видимому, он предстал перед современниками в новом образе всемогущего и щедрого царя богов и людей.
Метопа Селинунтского храма
Полы некоторых помещений храма были украшены плохо сохранившейся мозаикой, подражавшей узорам ковра. Прекрасные образцы мозаичных полов конца V — первой половины IV в. до н. э., украшенные геометрическим и растительным орнаментом и фигурными изображениями из белых, черных и желтых голышей, выложенных на известковом растворе, были открыты и в домах Олинфа — греческого города на северном берегу Эгейского моря.
