— Соблазнительно, но нет, — улыбнулся он в ответ, при этом она с удивлением ощутила, что пульс у него ровный, словно ему не предстоит скоро смертельная дуэль. — Этот человек очень виноват перед тобой и должен за это поплатиться. Даже хорошо, что он сам меня нашел, не нужно тратить время на его розыски…
В голове у нее снова и снова прокручивалось все произошедшее. Только сейчас она заподозрила, что Тивадар так рассчитал свой удар, чтобы Хамал пролетел ровнехонько между двумя столами, не задев ни один из них, и столкнулся со стеной. Интересно, он хотел, чтобы ресторан не пострадал или чтобы тому больше досталось при ударе об стену, потому что столы не затормозили его полет?
— Я очень боюсь за тебя… — не придумала, что еще сказать, Донжетта.
— Не надо. Все будет в полном порядке. Не сомневайся во мне, — спокойно сказал он, но пульс его участился. И Донжетта с удивлением поняла по его восторженному лицу, что это не от мыслей о дуэли, а из-за того, что она держит его руку в своих…
Выйдя от архимага-лекаря, Хамал почувствовал себя намного лучше. Непроизвольно потрогал так сильно пострадавший недавно нос — конечно, он был в полном порядке и теперь находился на своем месте. На данный момент пострадали только его испорченный кровью костюм и его гордость. Этот громила без колебаний отправил в полет аристократа прямо на глазах у Донжетты… Потрясающая наглость… И видимо, сломанный нос как-то повлиял на его рассудок — он вызвал эту деревенщину на дуэль. Глупо, конечно, но иначе как временным помутнением рассудка это не объяснить. Теперь придется биться на дуэли с деревенщиной, хотя разумнее было бы просто послать по его следу наемных убийц…
Назад ходу не дашь… Он же захватил с собой двоих друзей. Один из них, Ангажер, закрыл бы глаза на все по его просьбе. Но вот второй, Дубренаг, недавно появившийся рядом с ним, был не таков. Весь какой-то чистенький, постоянно толкующий о чести аристократа. Попробуешь после того, как согласился биться на дуэли с этим Тивадаром, отказаться от своих слов — он точно поднимет шум. И ведь его не запугать — он сын одного из тершихся около короля герцогов, таким и старший помощник канцлера не указ…
— Ну что, удалось что-то разузнать об этом Тивадаре? — спросил он Ангажера, которому дал такое поручение перед тем как поехать к лекарю.
— Про Тивадара пока ничего… Но вот его секундант — личность весьма знаменитая… Это тот самый Эйсон!
— Тот самый? — недоуменно переспросил Хамал.
— Похоже, удар по голове был слишком силен, — покачал головой Ангажер, — тот самый Эйсон, что потряс всех в Бельбе!
— Знаменитый бельбийский дуэлянт? — широко раскрыл глаза Хамал.
— Да, мой друг, да!
Хамал не то чтобы слышал об Эйсоне… Хамал его боготворил… Он собрал всю возможную информацию о всех дуэлях, что он провел. И был потрясен тем, что какую бы форму дуэлей бельбийцы и нанятые дуэлянты ни придумывали, он неизбежно одерживал в каждой из них верх… Да Хамал мечтал стать однажды таким же невероятным дуэлянтом, как Эйсон!
— Но откуда у этого деревенщины такие связи? — не мог понять он. — Он богат и поэтому знаком с ним? Но если он богат, то почему не купил себе еще титул? Хотя да, почему я сомневаюсь, он точно богат, иначе не был бы в той компании, с двумя грандмагами…
— Почему не купил титул, как твой отец тебе? — хмыкнул Ангажер насмешливо.
Но увидев сузившиеся от гнева глаза друга, замахал руками:
— Да не обижайся, я понятия не имел, что этот факт как-то тебя может задеть! Титул куплен, и что с того? Тем более что тебе лучше задуматься о намного более серьезной проблеме!
— Какой еще проблеме? — спросил Хамал, решив, что друг прав — не до обид на него сейчас. Ему нужна Донжетта, все остальное побоку…
— Есть у меня серьезные подозрения, что Тивадар назвал имя этого Эйсона неспроста… Видимо, они или друзья, или Эйсон ему чем-то обязан… Боюсь, что он задумал двухходовку!
— Двухходовку? — не понял Хамал.
Сочувственно посмотрев на него, Ангажер покачал головой и сказал:
— Да, похоже, что тебе досталось по голове сильнее, чем я думал! Этот Тивадар сразу видно, что не дуэлянт. У меня серьезные опасения, что дуэль тебе придется проводить в результате совсем не с ним. Кто ему мешает перед боем сказать, что, поскольку он не аристократ и не дворянин, то вместо него сразится этот самый Эйсон? А против него тебе не вытянуть…
— Против него никому не вытянуть… Он — легенда! — торжественно сказал Хамал.
— Вот, ты и сам все понимаешь! — обрадовался Ангажер. — Так что думай… Может, и вовсе отказаться от этой дуэли? Мол, подумал как следует, считаешь невозможным сражаться на дуэли не с дворянином.
— Ерунду ты говоришь… Вот в этом случае он точно пришлет ко мне Эйсона. Раз они такие друзья…
Ангажер, немного подумав, кивнул:
— А ведь и верно… Похоже, зря ты вообще про дуэль заговорил…
