Я у мужа в квартире. Собрала вещи в рюкзак. Тороплюсь до его прихода. Встречаю его в дверях. Убегаю, спускаюсь вниз по лестнице. Берусь за перила – они липкие. Вижу рядом с ним соседа. Я маячу ему, что мне нужно с ним поговорить. Уже внизу встречаюсь с ним, и он мне отламывает кусок стипа. Мне почему-то стыдно просить. От подъезда до дороги я перебираюсь вплавь на резиновом валике. Ещё много других резиновых игрушек плавает. Наверное, для других людей и жильцов. Переплавилась, встала на землю. Я отмечаю, что спускаюсь вниз, что липкие перила, вход и выход с препятствием.
Я приехала с учёбы или от мамы в Москву. Я мужа видела, но не чувствовала, не ощущала. Было утро, он куда-то ушёл. Несмотря на то, что это была суббота, я пошла на работу. И посещает обида, мысль, ну как так? Я приехала, мы долго не виделись, и он меня не обнял и не хочет, как женщину. Работа, куда я пришла, на самом деле не моя. Как будто большой ангар, двухэтажный в полумраке. Всё железное. Я села у входа в помещение.
– Сегодня вообще рабочий день? У меня уверенность, что перенесли первое мая на субботу предыдущую, – спрашиваю я у мальчика.
– Нет, нерабочая, – отвечает мальчик.
Они не работают. Я пошла домой. Иду по улице, где жила в детстве, ведущей к дому. Мелкая собачка, вся грязная и плешивая стала лаять у моей ноги. Мне пришлось остановиться. Я попыталась её отпугнуть, топнула ногой, а она вцепилась в меня или в мою сумку. Я не чувствовала боль. Я нашла в сумке какую-то кость-челюсть и бросила ее собаке. Только тогда она меня отпустила. Я пошла домой. И вот я в подъезде. Квартира мамина, я ищу там мужа, его нет дома. Я думаю, где же он? Выходной, а его нет. В одной из комнат включен телевизор. Там показывают фильм ужасов. Обнажённая женщина лежит на спине, лицом к экрану, голова свисает с кушетки. И её тянут, разрывают в разные стороны нити, как-то перекривилось лицо. Я ухожу в другую комнату и ложусь спать. Я сплю голая и жду, что придёт муж. Он не приходит. Я просыпаюсь. Встаю с кровати, и тут меня окружает рой больших комаров. И я вижу в постели, на кровати рядом с собой челюсти, которые я дала собаке. Поэтому и слетелись комары.
Я на даче у мужа, хочу забрать кроссовки, а их нет. Есть какие-то тапочки, я думаю, что они мои, но мне нужны кроссовки.
Муж, женщины, квартира. Муж, типа, в соседней квартире живёт у друга детства. И я боюсь, что он меня узнает. Завариваю чай. Женщина-психолог говорит, что мало, надо больше заварки. Насыпала больше. А я боюсь сказать, что я тоже психолог. Потому что она, мне кажется, профессионалом. А третья женщина – хозяйка квартиры.
Я сняла квартиру с одной соседкой. Квартира однокомнатная. Я с парнем, но комната стала наполняться людьми, и уже стояло в комнате шесть или восемь кроватей, как в детдоме или больнице или лагере.
– Немедленно все собирайтесь и уезжайте, – стала я возмущаться.
Вступила в конфронтацию с одной девочкой, которая ещё и материлась.
– При мне не ругаться, – сказала я.
Она вела себя очень воинственно.
– Я могу и ударить, – говорила она.
Но когда она махала руками для удара, удары до меня не доходили. Потом я куда-то ушла. Пришла, уже нет никого. На кухне грязная посуда. Когда я уходила, видела на улице возле метро сказочные, диковинные статуи животных. Я сказала, что ещё не видела такого. Я начинаю прибираться на кухне и слышу голос приятеля в подъезде. Он заходит. Я целую экран, он жидкокристаллический. И меня забавляет, как экран реагирует на мой поцелуй.
Я покупаю билеты и надо уезжать. Потом ищу чистый листок бумаги для рисунка. Но много бумаги фиолетовой копировальной, но чистой бумаги нет. Наконец-то нахожу у кого-то. Надо уезжать, и я должна покрасить голову девушки, но вижу, что её уже покрасили в светло-рыжий цвет. Мне не нравится, я молчу. Нарисовать хочу женщину, у неё большое круглое лицо. Хотела срисовать, вижу очень старое лицо. Можно в фотошопе убрать морщины. Потом рисую уже без морщин. Лицо моложе и привлекательнее.
Я уезжаю. Только недалеко и ненадолго, по делам. Еду с двумя коллегами в Молдавию. Они видели передачу. Там девушка что-то рекламировала, довольно стройная, в ярком костюме. Один из парней, говорит:
– Я бы её трахнул.
В общем, приехали мы в Молдавию, выходим из турникета. Я застряла. Один парень дал мне свой билет на проход. Вышла. Видим эту девушку с рекламы. Они уже договорились и заканчивают. Она так смело спрашивает парня:
– За сколько ты снимаешь девушку?
– За три тысячи, – он говорит.
– Когда я приеду, сэкономишь, – легко сказала девушка с рекламы.
– Да, неужели?! – удивляется он неожиданности. Хотя сам ведь и хотел её трахнуть, и она ему нравилась.
– Ну тогда давай мобилку!
– Ладно, ладно, договорились, – суетливо промямлил парень, боясь упустить такую шикарную возможность. Перепихнуться с красивой девушкой не всегда удаётся.
