— НЕТ! — дико закричал «благородный господин», с размаху срубая тому голову, и набрасываясь с мечом на остальных разбойников — Вся добыча достанется только мне!
Грэм, нанося удар за ударом, дико смеялся. У него получилось! Получилось! Сейчас именно он управлял телом «благородного», использовав на него «вселение». Он уничтожил, разорвал в клочья его разум внезапной атакой! Он смог! Смог! Теперь, пока за его первоначальным телом, оставшимся в лесу, наблюдал Талер, он принялся рубить стоящих рядом с ним разбойников. Разница в их подготовке была колоссальной. Подскок к первому, отбив меча влево, удар в шею слева направо. Разворот с приседанием, подрезал сухожилия на ноге, добивающий удар в упавшего. Грэм в теле замаскированного разбойника крутился вокруг противника, как смертносный вихрь, не боясь получить удар. Когда все враги были мертвы, он подошел к торговцу, который в ужасе смотрел на него и вонзил клинок прямо отрытый рот кричащей от страха жертвы.
— Ух, вот всегда такое, — сказал Грэм рыжему мальцу, смотрящему на него глазами, полными удивления, — Пойдем выбирать трофеи, Талер, теперь нам хватит денег.
До города Наррант оставалось два дня пути. По достаточно широкой земляной дороге медленно, поскрипывая колесами, ехала запряженная повозка, которой управлял молодой юноша в плаще с накинутым на голову капюшоном, а в самой повозке сидел маленький рыжий мальчик. Это были Грэм и Талер, которым после захвата трофеев не приходилось передвигаться пешком, как и прежде. В тот день, когда они заполучили повозку и товары торговца, Грэм смог сорвать немалый куш.
Часть товаров, которые вёз торговец, такие как одежда, несколько тюков льна и дюжина рулонов добротной ткани, были выброшены из повозки, потому что в ценах Грэм разбирался слабо и торговцем он не был. Его неопытность в вопросах торговли, да и само наличие целой партии товара, по мнению юноши, могло вызвать вопросы, если он попытается сбыть товар в Нарранте и, тем самым, привлечь к нему ненужное внимание. Поэтому он оставил себе коня, на котором до этого разъезжал разбойник, который завёл неудачливого торговца в засаду, три меча неплохого качества, а также запасы провизии и вина, которых с лихвой должно было хватить на оставшуюся часть пути. Но основной его добычей стали деньги торговца, которые тот получил после своих сделок. В небольшом деревянном сундуке оказалось несколько кожаных кошельков, набитых монетами. После тщательного подсчета, Грэм стал обладателем четырех золотых, двадцати двух серебряных и семидесяти трёх медных альдеров. В сумме с его деньгами это делало его обладателем состояния в семь с небольшим золотых монет, что очень неплохо поднимало самооценку выросшего в нищете и голода юноши.
Пока они ехали, временами у Талера то пропадало зрение, то слух, то он не мог вымолвить ни слова, а иногда его руки начинали двигаться сами по себе.
«Ты должен сопротивляться лучше. Не поддавайся внушению» — раздался голос у него в голове.
«Я пытаюсь… Грэм, я пытаюсь!» — подумал Талер, рука которого сама по себе поднялась и мальчик, сам того не желая, заехал себе кулаком в челюсть.
«Ты должен пытаться лучше!» — наседал Грэм.
Каждый день их путешествия Грэм использовал мальчишку как раз для того, для чего вообще решил взять с собой — тренировал свои способности на живом человеке. Он учился делать это, не видя на свою цель, постепенно вырабатывая в себе способность чувствовать где она находится. Пока что это удавалось сделать лишь приблизительно — он мог определить, что мальчик находится справа, слева, сзади или спереди, но точного местоположения Грэм определить не мог, как и расстояния. Опытным путем Грэм выяснил, что если Талер был дальше, чем на десяток шагов, то он уже не мог его почувствовать.
Второй, обнаруженной скорее случайно, особенностью, стало то, что применив на Талере одну из своих способностей, Грэм мог разговаривать с мальчиком мысленно, а тот, в свою очередь, мог Грэму отвечать, если достаточно хорошо концентрировался. Все эти новые таланты, которые открывались юноше, были очень полезны и он уже разработал не один десяток ситуаций, в которых мог бы их применить. Огорчало молодого воина только одно — пока что в арсенале его способностей не было ни одной, которая могла бы напрямую помочь ему в бою, нанося урон его врагам. Всё чаще Грэм думал о том, что за силой он обладает, как она устроена и на что он способен на самом деле.
***
Остановившись вечером на ночлег недалеко от дороги, они разожгли костер и Грэм, кинув Талеру меч, жестом руки позвал того к себе.
— Нападай, мелкий.
