Сам Талер, несмотря на свой ещё очень юный возраст, смог довольно быстро справиться с переживаниями по поводу слепоты на один глаз и, пожалуй, даже стал намного усерднее. Мальчик, практически не выходя из дома, укреплял своё тело, выполняя все указания своего учителя. Он по много часов в день фанатично отжимался, переносил тяжести, делал растяжку и отрабатывал рукопашные приемы, показанные ему Грэмом. В один из вечеров во время тренировки, отжимающийся Талер задал вопрос, натолкнувший юношу на разгадку той тайны, над которой он бился с момента злополучной встречи с волками.
— Грэм, а как ты смог тогда вызвать такого большого огненного змея? — спросил мальчик, со лба которого крупными градинами падал пот.
— Что ты сказал? Змея? — Грэм широко распахнул глаза, и в его сознании появилась огромная огненная лента, которая сжигала волков одного за другим, — Змея…
Юноша заворожённо смотрел на огонь и увидел, как языки пламени танцевали, словно извивающиеся змеи. Как будто находясь в трансе, Грэм захотел и сам пуститься с ними в этот странный и опасный танец, пожирающий всё на своём пути. Глядя на огонь, он вновь ощутил те чувства, которые испытал, когда волки чуть не загрызли Талера — ненависть и жадность. Они окутывали его, а жар невидимого пламени разгорался в груди юноши, начинавшего понимать саму сущность огня. В тот момент Грэм заметил, что внутри этого пламени таится нечто большее, чем всё то, что он видел до сих пор. Огромная, неимоверная сила, лишь самый краешек которой ему приоткрылся, хлынула в парня ревущим потоком, и он почувствовал, что внутри этой силы кроется чьё-то сознание.
Оно не было похоже на сознания людей или животных, с которыми он сталкивался уже множество раз в своей жизни. Мысленно устремившись к нему, он смог ощутить и увидеть его. Казалось, что весь мир исчез, а посреди бескрайней черноты возник невообразимых размеров огненный змей. Хвост змея, постоянно извиваясь, кольцами окутал Грэма, но жар пламени, исходивший от него, не сжигал юношу, а лишь слегка грел. Гигантская голова наклонилась, и из пасти, с шипением, высунулся длинный раздвоенный язык. Грэм посмотрел в чёрные глаза существа и мысленно спросил:
— Кто ты?
— Удивительно… — пришел ответ
— Отвечай мне, кто ты! — юноша без капли страха приказал змею, он не был до конца уверен, что «контроль» или «вселение» смогут одолеть столь большое и необычное существо, но был готов сражаться до самого конца, чтобы подчинить его своей воле.
— И ни капли страха, зато какая злость, — продолжал змей, не отвечая прямо на вопрос, — пока ещё совсем крошечная, но какая злость. И алчность, а ещё столько желаний, что даже самому трудно выбрать. Так трудно, что и не знаешь сам, чего хочешь, потому что хочешь всего. Удивительно.
Грэм, устав слушать болтовню змея, направил всю свою мощь на то, чтобы нанести ментальный удар по разуму создания и применить на нём «контроль». Но вместо борьбы, к которой он приготовился, не последовало ничего, словно атака была направлена в пустоту.
— Ахаха! Никогда ещё я не видел такого! Теперь ты думаешь, что меня нет, и ты сошёл с ума, раз не смог сделать то, чего хотел. Владеешь гигантской силой, дитя, она исходит из тебя самого, из самой души, но полагаясь только на неё ты проиграешь, как только встретишь тех, кто сам — пустота.
— Ещё раз повторяю свой вопрос: кто ты? Хватит говорить загадками! — юноша пытался держать свои эмоции под контролем, но не понимал многого из того, что говорил змей, и это начинало его раздражать.
— Я Хаагеним Мадракан, старший дух огня. Не помню, сколько времен я застал, но это первый раз, когда смертный смог мне ответить. Я сжигал целые города, страны, тысячи людей и целые миры. Но никто не был способен говорить со мной, а ты попытался мне приказывать. Ахахаха! — смеялся огненный змей оглушающим голосом.
— Хаагеним, ты сказал, что я могу проиграть, если буду полагаться только на ту силу, которой владею сейчас. Твоя сила может победить таких противников?
— Моя сила может всё! — громогласно взревел дух огня.
— Тогда дай мне эту силу! — потребовал Грэм.
— Наглый. Жадный. Злой. Я дам тебе часть своей силы и посмотрю, как ты научишься её использовать. Но ты иногда разговаривай со мной, это будет очень интересно… — прошипел змей, исчезая, — Когда будет нужно — просто позови меня… смертный…
Грэм открыл глаза, выпав из транса и возвращаясь в реальность. Юноша не понимал, начал ли он сходить с ума, было ли всё это правдой, или лишь привиделось ему. Он повернулся и посмотрел на мальчика, который всё еще ждал его ответа.
— Что здесь произошло? — потребовал Грэм ответа.
— О чём ты? Я спросил «как ты смог вызвать огненного змея», но ты до сих пор не ответил…
Юноша задумался и попытался сконцентрироваться на пламени ещё раз. Ничего не происходило. Он представлял змей, представлял, как пламя оживает в его руках и послушно его воле, но всё это не давало никакого эффекта. Тогда Грэм вытянул руку к огню и произнёс:
— Хаагеним Мадракан!
Огонь оранжевой лентой вырвался из камина и прикоснулся к руке юноши, не причиняя тому вреда.
***
