Нехитрый план окончательно созрел в голове мальчика. Шустро прокравшись к стогу сена, он попытался его поджечь так же, как зажег камин. Абсолютно уверенный в своих способностях, он вытянул руку и произнес заветные слова. И ничего не случилось. Поняв, что в его плане, по-видимому, был недочёт, так как других средств, которыми он мог бы развести огонь, у него просто не было, Талер запаниковал и начал снова и снова пытаться использовать заветную способность. Как можно быстрее, раз за разом, он проговаривал «Хаагеним Мадракан», а над его молодым учителем с каждой секундой нависала всё большая угроза попасть во вражескую ловушку.
«Стоп! — подумал Талер, — всегда, когда использовалась эта способность, рядом уже горел огонь!»
Мальчику стало стыдно. Озираясь по сторонам, он заметил небольшой железный фонарь, висевший на крыльце дома, его рот уже было раскрылся чтобы попробовать ещё раз управлять огнём, но, поняв, что было не так в его затее, он просто подбежал к фонарю, схватил его и бросил прямо в стог сена. Фонарь разбился и в вечерней темноте факелом взметнулся вверх огонь. Мальчик, которому всё это напомнило о недавних трагичных событиях при которых он потерял глаз, засмотревшись на миг на горящий стог, убежал в темноту.
Охранники у двери его дома не остались равнодушными к пожару. В конце концов, когда все дома вокруг построены из дерева — перекинувшийся огонь может в считанные минуты спалить половину такого небольшого и плотно застроенного города, как Наррант. А мальчик, совершенно не думая о последствиях пожара, незаметно проскользнул в оставленную без внимания дверь.
Он и представить не мог, что всего за несколько часов ранее опрятная и уютная комната помет превратиться в это. Огромная яма в полу. Он посмотрел внутрь и, несмотря на страх, который у него возник перед этой темнотой, Талер, после небольшого колебания, спустился вниз. Здесь был только один ход, каменный коридор, освещенный редкими факелами на стенах, оставленными, по всей видимости, первыми спустившимися, чтобы было проще вернуться назад. Коридор вёл в одном направлении, так что потеряться было невозможно. Талер со всей мочи побежал вперед, коридор свернул влево, потом вправо, потом ещё раз влево и вдруг мальчик замер. Прямо перед следующим поворотом он увидел Нейса, подобравшегося слишком близко к Грэму. Его учитель не слышал бесшумных шагов преследовавшего его мужчины и не заметил кинжала, который взметнулся вверх перед ударом.
— Грэм, сзади!!! — со всей мочи заорал Талер в надежде, что юноша его услышит.
***
От неожиданного крика своего ученика, Грэм резко обернулся и удар кинжала, который должен был обернуться мгновенной и внезапной смертью, пришёлся Грэму в правое плечо. Дикая боль от разрезанных на руке мыщц пронзила юношу и тот не смог сдержать крик. От боли он потерял «контроль» над Анелией, которая, будто очнувшись ото сна, убежала дальше по коридору, видимо пытаясь добраться до своего отца и оказаться как можно дальше от Грэма, но у него не было времени что-то с этим сделать, потому что второй удар убийцы последовал сразу же за первым. Нейс не ожидал, что жертва выживет, но за те годы, которые он служил семье Талоз, он множество раз выполнял работу по ликвидации неугодных и каждый раз достигал успеха. Если одно средство не работало, он сразу же использовал другое, не останавливаясь, пока не достигнет цели.
Грэм успел упасть на спину и кувырком откатиться назад, так что удар прошёл мимо. Но его противник был чересчур быстрым. Когда юноша откатился назад и начал вставать, Нейс словно молния подбежал к парню вплотную и нанес удар ногой в челюсть. От сильного удара Грэма отбросило назад и он сильно ударился затылком о каменный пол. Подскочивший к нему Нейс уже готов был добить юношу, но тот, превозмогая боль в голове, атаковал противника с помощью «замешательства». Вместо удара Нейс наоборот поднял руку выше, а Грэм, продолжавший терять кровь из-за раны в руке, которая повисла как плеть, смог только оттолкнуть его ногой, а сам снова подняться на ноги.
Нейс, довольно быстро вышедший из состояния «замешательства», бросил в лицо Грэма какой-то мешочек в тот самый момент, когда тот использовал на нём «слепоту». Мешочек разорвался облаком неизвестной пыли и Грэм закричал от дикой боли, обжигавшей его глаза и нос. Нейс не понял, как юноше удалось его ослепить, но смог, не останавливаясь ни на секунду, кинуться вперед и ударить в источник крика. Грэм тоже ничего не видел, лишь почувствовал, как молниеносно в него ещё раз вонзился кинжал. На этот раз Нейс ранил парня, пытавшегося закрыться от врага, в левую ладонь, проткнув её кинжалом насквозь.
Грэм через силу открыл глаза, которые жутко резала попавшая в них смесь, брошенная Нейсом. Противник был чересчур быстр и намного опытнее в бою. Юноша из последних сил сжал кинжал, торчавший в его раненной кисти, не давая Нейсу забрать его, краем глаза зацепился за валяющийся рядом горящий факел.
— Хаагени…. — попытался произнести он, но был прерван мощным ударом кулака противника прямо в челюсть.
