— Сам ты нарываешься, — парировал Сергей Витальевич и хлопнул по протянувшейся в его сторону руке. — Но-но! Руки! Я милицию позову!
— Милицию он позовет, — сказал водитель. — Ну, все, мужик, ты допрыгался. Проспишься — небо с овчинку покажется.
— Сам проспись.
Солоницын чувствовал, что его реплики звучат немного однообразно, но чего еще ждать от пьяного?
Водитель извлек из кармана портативную рацию. Его напарник в это время шагнул к начальнику охраны, явно вознамерившись сделать еще одну попытку взять его за рукав, и Сергей Витальевич воспрепятствовал этому насилию над собой, неуклюже увернувшись и отскочив на полметра в сторону.
— Руки убери!
Грузовая дверь микроавтобуса с грохотом откатилась в сторону, и из темноты кузова выглянул еще один тип в штатском — постарше первых двух и очень недовольный.
— Что вы тут устроили восточный базар? — брюзгливо осведомился он. — Ждете, пока толпа соберется? Давайте его в машину, там разберетесь, кто пьяный, а кто нет.
Поверх его плеча из кузова выглядывала еще одна голова, с любопытством наблюдавшая за происходящим.
— А ну, пошли, — решительно скомандовал водитель и, шагнув к Солоницыну, тоже протянул к нему руку.
Его напарник тем временем совершал обходной маневр, заходя Сергею Витальевичу за спину. Бывший майор ВДВ сделал вид, что не заметил этого.
— Щас пошлю, — куражась, сказал он водителю. — Готов? Посылаю. Пошел ты!..
— Все, достал, — сказал водитель. — Берем его, Витя!
Последовала короткая возня, затем два глухих, как по мешку с песком, удара. Водитель лицом вниз упал на смятый капот «шестерки», съехал по нему на землю и остался стоять на коленях, упершись лбом в пыльное крыло и обхватив руками живот. Его напарник стоял поодаль, сложившись пополам, и качался, словно выбирая, в какую сторону упасть.
Солоницын вовсе не рассчитывал, что этим все кончится.
— Стоять! Мили…
Договорить коренастый не успел: кулак Солоницына запечатал ему рот, и он отлетел назад, с грохотом приклеившись лопатками и затылком к борту своего микроавтобуса.
— Что, взяли, козлы? — подогревая боевой пыл противника, сказал Солоницын ментам и бросился бежать.
За ним погнались, но быстро отстали. На бегу Сергей Витальевич слышал, как один из преследователей задыхающимся голосом орет в рацию, описывая его приметы, но это уже была полная ерунда: вся столичная милиция могла хоть до Страшного суда искать пьяного водителя, устроившего драку на месте аварии и затем с этого места скрывшегося, и никого не найти. Кто же станет искать пьяного отморозка, только что разбившего ржавую «шестерку», за рулем новенького «крайслера»?
Его расчет оказался верным, и спустя четверть часа, выехав из района, в котором его могли искать, Солоницын позвонил Злому.
Теперь у него было несколько часов свободного времени, и он намеревался пообедать.
— Ну, дает Витальевич! — уже не в первый раз с уважением повторил Медведь, натягивая поверх франтоватого цивильного прикида опостылевший резиновый комбинезон.
— Дает, дает, — кисло согласился Злой.
— Нет, как он их, ты видел? Одной левой! Вот не ожидал…
— Напрасно, — сказал Злой.
— Чего «напрасно»?
— Напрасно не ожидал. Десантура, что ты хочешь? Начинал еще в Афгане, а потом пошло и поехало — Карабах, трах-бабах, Чечня…
— Серьезно? — изумился Медведь.
— А ты не знал? Ни хрена-то ты не знаешь, умник, а туда же…
— Ты не очень-то заедайся, — посоветовал ему обидчивый Медведь.
Злой хотел что-то ответить, но тут в кармане у него зазвонил мобильник. Он выудил верещащий телефон из кармана — хорошо, что еще не успел застегнуть комбинезон, — посмотрел на дисплей и с отвращением сунул аппарат Медведю.
— Кумир твой звонит, — процедил он. — Давай ответь, вырази свое восхищение.
— А ты чего? — опять изумился Медведь.
— А ничего, — послышалось в ответ. — Лень языком ворочать, из пустого в порожнее переливать…
— Странный ты какой-то сегодня, — заметил Медведь и нажал клавишу соединения: — Алло, Витальевич! Ну, ты, блин, даешь! Любо-дорого глядеть, я даже позавидовал!
— Не ори, — сказал Солоницын. — Вы на месте?
— Твоими молитвами, — радостно проревел Медведь.
— Не ори, — повторил начальник охраны. — Наверху были менты. Очень может быть, что и внизу вас тоже поджидают, так что держите ушки на макушке.
— С чего бы это? — озадачился Медведь. — Я не понял, откуда они тут взялись…
— От верблюда, — сказал Солоницын. — Прибирать за собой надо, а не разбрасывать жмуров где попало. Ладно, как станете выходить, звякните мне, я вас подхвачу. Конец связи.
— Отбой, — сказал Медведь в короткие гудки и протянул трубку Злому: — Слыхал?
— Слыхал, — ответил Злой. Он сунул мобильник в карман и резким рывком затянул молнию комбинезона.
— Не пойму, чего ты психуешь, — рассудительно сказал Медведь, возобновляя возню со своим комбинезоном. — Так все нормально прошло… Я бы даже сказал, классно.
Но никаких причин для радости Злой не видел.
— Классно, — сухо повторил он. — Что классно, то классно. Знаешь, какой самый верный способ заставить русского человека спрыгнуть с балкона на девятом этаже? Подойти и сказать: «Товарищ, туда нельзя!»
