Но как бы отвратительна ни была отработанная веками схема передачи власти самому себе, Ариман отточил её до совершенства. После пышных похорон покойничек дожидался традиционного ночного бдения нового императора у тела батюшки в фамильном склепе, расположенном в живописном гроте с небольшим озером.
После вознесения молитв Древним наследник прощался с телом отца, запечатывал его саркофаг особым плетением и погружался в воду, символически смывая с себя прошлую жизнь и принимая венец правителя.
Эту традицию когда-то создал сам демон, предельно облегчив себе смену личности. В ту самую ночь он пожирал преемника и запечатывал саркофаг с окровавленными вещами собственного сына, после чего с комфортом отмывался в озере и надевал припасённое загодя императорское одеяние.
Всё это пустотникам охотно рассказывал сам Ариман. Прикованный к Древу демон жаждал общения, периодически делая осторожные попытки договориться с кем-нибудь из тюремщиков. Словно библейский змей искуситель он сыпал обещаниями несметных богатств, спрятанных в тайниках по всей империи, и могущественных артефактов, скрытых за пределами подземной крепости.
Кого-то из местных всё это могло прельстить, но пустотники оставались равнодушны, больше интересуясь деталями жизни Аримана на протяжении многих веков.
– Как они отреагировали на известие о том, что их супругом был демон? – хмуро спросила Миа. – Такое, должно быть, шокирует.
– Не то слово, – Лаура чуть замедлила шаг и тяжело вздохнула. – По старой традиции все наложницы, не имеющие детей, должны проследовать за покойным супругом.
– Как это? – тут же любознательно спросил Арес.
– Их убивают и кладут в гробницу рядом с телом супруга, – зло сплюнула на брусчатку Райна. – Чтобы ни один мужчина не мог коснуться той, что делила ложе с императором. А те, что родили от него детей, воспитывают их до пяти лет, после чего передают на воспитание Тиграм. После этого вдовы тоже отправляются вслед за почившим супругом.
Слова Райны потрясли репликанта. Он остановился и неверяще переспросил:
– Вы убиваете женщин потому, что их муж умер? Чтобы они не занимались сексом с другими мужчинами?
Он выдохнул что-то одними губами, но благодаря острому эльфийскому слуху Стриж разобрал: «больные помойки».
– Они убивали, – холодно поправила его Лаура. – Я отменила этот варварский закон.
– И что теперь будет с женщинами гарема? – вид у Мии был задумчивый.
– Некоторые покончили с собой, узнав, с кем делили ложе, – опустив взгляд, тихо сказала Лаура.
Миа едва слышно выругалась сквозь зубы, Райна закусила губу и отвернулась, делая вид, что заинтересовалась причудливым переплетением ветвей дерева. Арес непонимающе посмотрел на Лёху и тот жестом пообещал объяснить позже. Только Ниэль с интересом вертела головой, рассматривая причудливые павильоны, мимо которых они шли. Эльфийке было мало дел до душевных страданий незнакомых ей человеческих женщин.
– Остальным я разрешила вернуться в родные кланы, – всё так же негромко продолжала Лаура. – Но мало какие кланы приняли своих дочерей обратно.
– Почему? – не утерпел Арес, силясь вникнуть в сложные человеческие взаимоотношения.
Его мир делился просто и ясно на своих и чужих. Своих надо оберегать, чужих – убивать, если те представляют опасность.
– Потому что местные в массе своей примитивны и суеверны, – жёстко припечатала Миа.
Опомнившись, она виновато склонила голову перед Лаурой, Райной и Ниэль.
– Простите, я не имела в виду вас.
– Было бы за что извиняться, – зло скривила губы Райна и пояснила всё ещё озадаченному репликанту. – Большинство кланов сочли, что разделившие ложе с демоном отныне грязные и осквернённые.
Судя по лицу Ареса, понимания не прибавилось.
– Они установили, что через половой контакт с демоном людям передаётся какая-то болезнь? – несколько обеспокоенно уточнил он.
Лаура густо покраснела, а Райна прикрыла лицо ладонью и сокрушённо покачала головой, очевидно, отчаявшись донести до репликанта идею приличий.
– Это просто религиозное суеверие, – терпеливо пояснила Миа. – Как вера в то, что Древние – это боги, а эльфы – Проклятые, хитростью изгнавшие богов из этого мира.
Эти слова заставили Ниэль презрительно фыркнуть, но той хватило ума промолчать. Наверное, понимала, что у её народа тупых суеверий тоже хватало.
– Выходит, кланы отказываются от своих сестёр и дочерей из-за нелепых предрассудков? – недоверчиво прищурился Арес.
– Да, – не желая вдаваться в ненужные сейчас подробности, подтвердил Стриж.
На лице репликанта было написано всё то, что он думает о верности «генетических помоек» собственным семьям.
– Большинство наложниц, у которых есть дети от Аримана, даже не пытались вернуться к своим, – сквозь зубы процедила Райна. – Понимают, что найдётся много тех, кто захочет прикончить «выродков демона».
– Большинство? – не пропустила Миа странное слово.
Райна кивнула и снова презрительно сплюнула.
– Несколько тварей отказались от собственных детей, узнав, кем был Ариман. Чем они после этого лучше демонов? Только тем, что не сожрали собственных детей?
