Антология народничества полностью

ХАРЬКОВ

…Приведу несколько сведений о житье-бытье наших товарищей, сидящих в центральной харьковской тюрьме. Положение их и без того уже тяжелое, с каждым днем становится все хуже и хуже. Все помыслы начальства обращены на то, как бы поскорее домучить этих страдальцев, и без того уже стоящих одной ногой в гробу. Их все еще продолжают держать в кандалах, хотя обязательный срок испытания для многих из них давно уже кончился; насильно бреют им головы и не позволяют даже носить обувь, опасаясь, чтобы пол не испортился от ходьбы. Спать заставляют их на голых досках и, несмотря ни на какой холод, не дают одеял, так что нередко вместо сна беднягам приходится всю ночь бегать по камере в тщетной надежде сколько-нибудь согреть свои коченеющие члены. Гулять их выводят поодиночке, а потому очень ненадолго. Необразованный и грубый смотритель старается об одном – как бы дать почувствовать заключенным свою власть, и оскорбления одно за другим сыплются на их беззащитные головы; неудивительно поэтому, что из 8 заключенных, сидевших до последнего времени в Печенежской тюрьме, двое умерло и двое сошло с ума. […]

ПЕТЕРБУРГ

[…] Несколько времени тому назад один студент, выходя из дому, захватил с собой № «Нового Времени», чтобы отослать его по почте своему товарищу. Едва он протянул газету к почтовому ящику, как какая-то неведомая рука выхватывает ее. В изумлении обернувшись, студент видит подкравшегося городового, преспокойно рассматривающего его газету.

– А! «Новое Время»! – с покойно говорит блюститель порядка, – это ничего… и возвращает газету.

Студент, удивленный таким нахальством, вздумал протестовать, но городовой заявил, что он это делает по приказанию своего непосредственного начальства, частного пристава, поручившего ему наблюдать за ящиками; студент волей-неволей должен был удовлетвориться этим объяснением, зная, что начальник далеко превосходит в этом отношении своего подчиненного. […]

РЕДАКЦИЯ «Народной Воли» просит всех, кто знает какие-либо факты или обстоятельства из жизни казненных в настоящем году, прислать эти сведения ей в возможно скором времени для составления биографий. Собирать и доставлять эти сведения, как бы мелочны они ни казались, составляет нравственный долг всякого, кому дорога память наших первых мучеников за народ и свободу.

Объявление об издании газеты «Черный передел»[208]

От редакции. С тех пор, как приостановилось издание «Земли и Воли», положение дел социально-революционной партии в России усложнилось весьма значительно. Усилившийся до небывалых размеров правительственный гнет естественно должен был вызвать новую дифференциацию в деятельности революционеров и даже, до некоторой степени, во взглядах их на практические задачи партии. Как бы ни казались незначительными различия между взглядами революционных фракций, каждая из них должна обеспечить себе возможность излагать свои взгляды и обсуждать потребности партии в печати. Наше издание будет выразителем мнений одной из таких фракций. Мы думаем, что его направление достаточно определится, если мы заявим полную солидарность со взглядами, выраженными в передовых статьях 1–5 №№ «Земли и Воли». Дальнейшее развитие этих взглядов, определение задач партии в народе и предостережение ее от излишнего увлечения задачами чисто политического характера, могущего отвлечь партию от единственно возможного для нее пути – агитации на почве требований народа, выражаемых лозунгом «Земля и Воля», – будет составлять нашу задачу.

Мы считаем в числе сотрудников Плеханова*, Аксельрода*, Стефановича*, Дейча* и надеемся, что Кропоткин* и некоторые из коммунаров тоже не откажут нам в своем литературном содействии.

Политические письма социалиста

ПИСЬМО ПЕРВОЕ

Привет вам, братья!

Привет вам с родины Руссо* и во имя Руссо, чье широкое сердце умело ненавидеть и политическое, и экономическое рабство, чей широкий ум охватывал и принцип политической свободы, и принцип социализма, Земли и Воли.

Жадно и скорбно следил я за всем, что делается в измученной родной стране. Вами я любовался. Но – простите, дело прошлое, – подчас много укоризны слал вам мысленно.