И еще спрошу: зачем оставили вы свой прекрасный девиз: «Земля и Воля»? Куда бы ни направил в частном случае вашу борьбу практический ход жизни, этот девиз должен быть вашим. Одной половиной его – «Волей» вы примыкаете ко всем уважающим себя людям, которым ненавистно самовластие, другая половина – «Земля» выделяет вас из общего либерального хора. Глубокий политический смысл заключается в этой двойственной формуле, воля всем, земля земледельцу. Конституцию сочинить не трудно; ее напишет и Валуев, и Шувалов*, и Победоносцев*. Но европейская история учит нас, что Бисмарки и Наполеоны, даже Миланы[214] и Ристичи[215] во всякую данную минуту могут разорвать хартию воли, если в сохранении ее не заинтересована миллионная масса народа. Русский народ грудью встанет только за такую волю, которая гарантирует ему землю. Он равнодушно, даже злорадно будет смотреть на самое наглое нарушение конституции, если в основе ее будет лежать циркуляр Макова[216]. Избирая себе девиз «Земля и Воля», вы повинуетесь не только народным идеалам и голосу высшей справедливости, но и практическим требованиям истинного, непризрачного осуществления самой воли.
Бейте же по обеим головам хищной птицы! Vogne la galere![217] Гроньяр
От Исполнительного комитета
Бывший ученик черниговской гимназии Александр Петрович Семеко-Максимович* состоит агентом III Отделения. Имеет слесарную мастерскую на Васильевском Острове. Его приметы: брюнет, черные густые волосы, бороду и баки бреет, небольшие черные усики, глаза черные, нос небольшой, тонкий, рост выше среднего, телосложения плотного, лет 26–28. Лицо интеллигентное, одевается прилично. Исполнительный Комитет просит остерегаться шпиона.
Ответы и заявления
– Редакции легальных газет мы покорнейше просим принять к сведению, что высылаем им «Н. В.» вовсе не для передачи в полицию. Мы прекратим высылку тем из них, которые позволят себе сделать это, так как не желаем лишний раз краснеть за имя русского.
– Считая своим долгом помещать объявления всех революционных кружков и организаций, мы просим не выводить из этого никаких заключений о нашей солидарности или несолидарности с ними. Это просто обязанность единственного свободного в России органа.
– Просим гг. корреспондентов и жертвователей выбирать себе какие-нибудь псевдонимы, чтобы мы имели возможность извещать о получении корреспонденций и денег.
Передовая статья
7 декабря 1879 г., в Одессе повешены социалисты-революционеры Виктор Алексеевич МАЛИНКА*, Лев Осипович МАЙДАНСКИЙ* и Иван Васильевич ДРОБЯЗГИН*
25 декабря 1879 г.
Три новых имени прибавилось к длинному списку наших мучеников. Не прошло еще 8 месяцев бешеной реакции, и уже 16 трупов красуется на короне Александра-Вешателя[218]. Каторжан нынче уже не считают и не думают о них; умирающих от медленного задушения в тюрьмах, от голода и холода в сибирских тундрах не берут в расчет. Ссылка – нынче уже даже не наказание, а выражение особенной снисходительности начальства. «Куда сослан?» – спрашивают теперь без малейшего намерения иронизировать, слыша, что такой-то «оправдан» по суду…
Да, мы сделали большие успехи!
