- Свистите, свистите, Чибо, - сказал немец. - Однако, я думаю, есть иной выход. Хотите совет, сеньор Адверс? Поскольку то, что я хочу вам предложить, совершенно выходит за рамки закона и относится скорее к сфере политики, возможно, вы пожелаете... э... а... учитывая обстоятельства, воспользоваться моими скромными услугами. Я полагаю, что, избрав этот путь, вы не только получите искомую сумму без досадных поборов со стороны сеньора Санта-Марии, но и кое-что сверх. Считайте, что это будут проценты по просроченной задолженности. Ну, что скажете?
- Надеюсь, вы не откажитесь войти в прибыль от столь благородного начинания, герр Мейер? - спросил Антони.
Чибо расплылся в одобрительной улыбке.
- Оставаясь в тени, в самой глубокой тени, - сказал немец. - Надо договориться о разумной доле, скажем, пять процентов от суммы вашего иска и десять процентов от любой возможной прибыли.
- В любом случае, два процента от суммы иска, - отвечал Антони.
- Три, вы сказали? - проворковал Мейер.
- Конечно, как вы могли ослышаться, герр Мейер. И половина вперед.
- Himmel! Mein junger Herr[29], тебя воспитала сама Разумность!
- Я буду поручителем, - добавил Чибо.
- По рукам! - вскричал Мейер. - Adios, сеньор Санта-Мария! Извольте взглянуть сюда.
...Это документы невольничьего судна "Черный Ангел". По совпадению оно вышло из Сьерра-Леоне ровно семь лет назад. Теперь обратите внимание, - Мейер переложил документы, - за три дня до отплытия все бумаги были в полном порядке. Что происходит дальше? Тринадцатого августа тысяча семьсот восемьдесят девятого года кубинский генерал-губернатор издает приказ о наложении временного ареста на судно. Ревизор, приведенный к присяге как агент Каса да Консолидасьон, назначается на корабль присматривать за получением сумм, которые владельцы корабля задолжали правительству. Дальше, как вы видите, наш ревизор следует на судне, которое по-прежнему ведет нанятый владельцами капитан. Однако, груз невольников, ожидающий в Африке, отходит правительственному агенту. Семью месяцами позже датированы счета от продажи груза на открытом аукционе в Гаване. Правительственный агент проследил, чтобы корабль не зашел тайком в какую-нибудь иностранную колонию, скажем, на Ямайку или на Барбадос, и под покровом ночи не спустил бы на берег груз. Негров продали на Кубе как собственность государства, причитающееся казне плюс издержки удержали, а судно и остаток денег вернули владельцам. Как я вижу, несмотря ни на что владельцы остались в барыше.
- Почему правительство не описало судно и не продало его с торгов? - спросил Чибо.
- Ответ прост, сеньор: по двум причинам. Во-первых, выручка не составила бы требуемой суммы, так как невольничье судно стоит лишь малую толику цены своего груза, во-вторых, генерал-губернатор не может конфисковать корабль. Здесь его власть ограничена. Нет, нет, я отлично помню тот случай! Когда вы сказали, что Гальего заняты работорговлей, он сразу всплыл в моей памяти. Старый сеньор Гальего недавно умер, после него осталось большое имение, а поскольку сын и наследник живет в Африке, налог на наследство и прочие пошлины почти наверняка уплачены не целиком. А если и выплачены, положитесь на меня, я дока по части арифметики. Вам ясен мой план?
- Использовать случай с "Черным ангелом" как прецедент и захватить "Ариостатику"? - спросил Чибо.
- Вот именно! - вскричал Мейер. - Генерал-губернатор распорядится временно арестовать судно. Вашего молодого друга мы приведем к присяге как правительственного агента. Он отправится в Африку присматривать за грузом, от имени короны получит приготовленных к отправке рабов и доставит в Гавану, где они будут проданы. Торги, господа, проведет Каса да Консолидасьон, которой я имею честь руководить. Сеньору Гальего не на что будет пожаловаться. Он получит все, до последнего песо, за вычетом сумм, принадлежащих... э... правительству. Как ни печально, боюсь, на покрытие долгов уйдет вся выручка от этого рейса. В конце концов, мы лишь вынудим Гальего заплатить по своим денежным обязательствам. Если при продаже нечаянно образуется излишек, об этом будем знать только мы и генерал-губернатор. Я уверен, сеньор Адверс, что, если вы получите искомую сумму с разумными процентами, ваше любопытство будет удовлетворено. Видите ли, вы всего лишь стребуете долг и, скажем так, издержки. Ваше время, безусловно... стоит дорого. Говоря откровенно, я убежден, что в данных обстоятельствах имею полное право на то небольшое вознаграждение, о котором мы условились.
- Несомненно, герр Мейер. Пусть вас это не тревожит. Но, тоже говоря откровенно, и не из одного любопытства, я не все понял, - отвечал Антони. Чибо немного встревоженно наклонился вперед. Антони продолжал.
