Третий вид войск формировался из дулебов, которыми занимался Рок. Дулебских лучников начали вооружать мощными двухметровыми луками английского типа с длинными тяжёлыми стрелами и чешуйчатой, не мешающей стрельбе бронёй, а для ближнего боя те же короткие острые мечи. Полк лучников потом возглавит Серш. Два полка дулебских мечников получили стандартные шлемы, круглые окованные сталью щиты, длинные мечи и боевые ножи. Их лёгкая зброя давала хорошую защиту туловищу, шее и рукам, не мешая рубиться мечом. Во главе дулебских мечников встанут Рок и брат князя Кологаст.
Особым видом войска будет тысячный полк катафрактов – сплошь бронированных конников с пятиметровыми копьями и длинными кривыми мечами типа шашки. Задача этого конного полка – нанесение концентрированного удара в самое уязвимое место строя противника. Катафрактов примет Марк.
По договорённости сарматы готовили до пяти тысяч ударных конных копейщиков в сплошной чешуйчатой броне, а савиры два пятитысячных полка лёгкой конницы, вооружённой луками и длинными кривыми мечами.
Всего к часу «Х» я рассчитывал вывести на поле боя хорошо управляемую и обученную строю армию в шестьдесят тысяч бойцов против ста двадцати тысяч конных аваров.
Наверняка знатоки древних битв и доморощенные стратеги, увидев такое соотношение, крутят пальцем у виска. Зря. Поспешу напомнить, что имеется немало известных прецедентов неравных успешных битв и при Кадеше, и при Марафоне, и при Гавгамелах, и при Ипсе, и при Каннах, и потому меня ни на секунду не покидала уверенность в успехе. Я намеревался противопоставить строгий порядок хаосу, хладнокровие и дисциплину – яростной свирепости, любовь к родной земле – алчной наживе, а добро – злу.
Однако пока все эти замыслы мне виделись в туманной перспективе, поскольку наш проект едва перешагнул возраст младенчества с первыми и довольно скромными результатами. И, тем не менее, Антания строилась, наращивала мускулы, да и сами анты и поляне уже почувствовали перемены к лучшему, и потому охотно обучались и воспринимали разные новинки, но с одним условием: если они укладывались в их здравый смысл и понятия «плохо-хорошо».
В первых числах июля вернулся Марк. Приехал он со спокойной душой, оставленные на Днестре сотники не нуждались в пригяде, уверенно исполчали днестровских и бужских антов и умело обучали их новому строю и бою. Но, кроме всего прочего, у хитрого и шустрого Марка оказался невероятный нюх на лошадей. Не успел он отряхнуть дорожную пыль, как на Гору прибежал запыхавшийся парнишка из полянской веси:
– Дядько Бор, дядько Марк! Сарматы комоней гонят! Жуть сколь! Пылищу подняли до неба!
Слава богам, дождался наш лошадник. Теперь его от табуна и будущего полка сможет оторвать только лошадь-тяжеловоз. Марк взлетел в седло заводного, по разбойничьи свистнул и был таков.
Срочные дела поглотили всё наше время, мы разбрелись и виделись редко. Можно сказать, совсем не виделись. Лично мне не хватало суток, поскольку я вплотную занялся полком волковоев, хотя по численности на полк эти тысяча восемьсот бойцов никак не тянули, но полка стоили. Их острог плотники заканчивали строить, да и сами волковои не сидели сложа руки. Теперь на их волчью полянку было любо-дорого посмотреть.
В первую очередь я разбил волчий спецназ на три батальона по шестьсот человек и назначил комбатов: Укроха, Клюса и молодого сильного Скока отчаянно храброго вместе с тем мудро рассудительного.
Все волковои являлись опытными головорезами, но их опыт имел известный перекос. Дерзости, отваги и хладнокровия им хватало, а теперь предстояло научиться дисциплине, организованности и специальным навыкам. Я начал натаскивать волковоев особо, поскольку им не придётся рубиться в мясорубке фронтального сражения. Они будут наносить врагу неожиданные и внезапные удары с последующим уходом без потерь. Скрытность, точность, быстрота – вот девиз нового антского спецназа. А в мирное время сотни волковоев станут поддерживать порядок внутри страны и на границах, а также заниматься разведкой и контрразведкой.
Начал я с того, что велел построить в каждом батальоне полосу препятствия спецназа и переодел бойцов в лёгкую свободную одежду из льна и конопли. Отныне все их волчьи атрибуты годились только для зимы или для специальных акций устрашения. Несмотря на превосходное физическое состояние, только половина волковоев с первого раза преодолела полосу. А потому первые две недели они не вылезали с полосы спецназа с перерывом на знаменитые круговые тренировки и кроссы с грузом в два пуда. Через полмесяца все бойцы шутя выполняли все нормативы.
Перейдя к специальному курсу занятий, я разрывался между тремя батальонами и спал по три-четыре часа, отрабатывая с волковоями основы клинкового и рукопашного боя и диверсионно-разведывательной работы. Всё сам, ибо просить было некого, мужики из «Темпа» и без того рвали жилы со своими полками. А дружинных с Горы использовать бесполезно, у волковоев иная война.
