Скоропалительный обмен вопросами и ответами, пульс этого дня, телефонные звонки, посещения, драмы. Она ходила на рынок. Он поехал в Бейт-Джалу. Она оплатила счета за телефон Мухаммада. Рами приехал слишком рано, он забыл про разницу во времени, кружил по городу целый час, поехал в отель «Эверест», заказал себе кофе. Она купила подарок на годовщину сестры, новый парфюм из Омана, он пришел в упаковке, перевязанной ленточкой, немного дорогой, но стоит того, она нашла его в небольшом магазинчике на рынке. Монах показал им монастырь, ты бы видела, какие там толстые стены, картины, потом их провели в подвал, чтобы показать, где давным-давно делали вино, он привез ей немного оливкового масла, подарок, он забыл его в машине, принесет завтра. Ее попросили на женском собрании составить расписание найма новых сотрудников в детском садике, будет два новых сотрудника, оба выпустились из Бирзейта, они просто чудесные, смогут многое поменять. Он обедал под куполом, еда была такой свежей, вкусной, фалафель почти такой же вкусный, как у нее, может, даже такой же вкусный, как у ее мамы, шучу-шучу. Она час поговорила с Арин в Иерусалиме, та же история с разрешениями, это когда-нибудь прекратится? Там было восемь человек, они задавали ей разные вопросы, естественно, ни к чему не пришли, но мы попытались, после обеда попили чай. Арааб зашел в три часа, взял машину, ему надо заехать за древесиной, чтобы починить крышу своего дома. В часовне очень красивый звук, акустика, даже для такой малой группы, их голоса отражались от стен, потом они прошли в столовую, поговорили еще. Она уверена, что скоро будет свадьба. У Арааба такой взгляд, она надеется, что он накопит достаточно денег, ему нужна машина, чтобы перебираться по городу, но он беспокоится о страховке. Когда они уехали, он видел все огни, ведущие в долину, невероятная по масштабам стройка, каждый день их становилось все больше и больше, он ненавидит вид кранов на фоне неба. Хиба останется на ночь у Мариам, она забыла зубную щетку, может, ты ей ее завезешь утром? По пути домой не было никаких проблем, КПП прошел за одну сигарету, а, и фара перегорела на машине, он почти забыл, но никто не заметил, они бегло осмотрели его на «Контейнере» и отпустили. Забавно, что в эту секунду перестал вращаться круг в микроволновке, а потом снова пошел, вообще без причины. Он подъедет завтра к сыну Ибрагима, спросит, можно ли ее починить, эта штука просто съедает деньги. В двенадцать ей надо быть на ярмарке еды, она отвечает за столик с английской кухней, им всем кажется, что ей так хорошо известна Англия, завтра утром она попытается сделать сконы, она помнит только этот рецепт. Все, что поднимается наверх, должно когда-нибудь опуститься вниз. Матери Мариам должны делать операцию на днях, если здесь она закончится неудачно, то ее повезут в Америку, у нее что-то не так с глазами. Ему нужно быть, он не знает точно где, на Западном берегу, наверное, к двум тридцати, на этот раз в школе. Не забудь про разницу во времени тогда уж. У кого-нибудь было время заглянуть в сад? Нет, не думаю. Давай признаемся, если я не буду находиться в этом доме, весь мир остановится. Не мог бы он замолчать, положить еще уголек в чашу, перемешать их и перетасовать карты? Какая она все-таки смешная, неужели думала, что действительно может выиграть на этот раз?
Солитер. Известный как пасьянс в Великобритании, успех во Франции, кабал в Норвегии, серенити в Палестине.
Со всевозможными вариациями, такими как Орлиное крыло, Лабиринт, Параллели, Улицы и аллеи, Одиннадцать вверх, Альгамбра, Змеиный покер, Черная вдова, Ковер, Три слепых мыши, Султан, Ханойская башня, Девяносто один, Красное и черное, Клевер, Мышь в углу, Зодиак, Воображаемая чертова дюжина, Кадриль, Мельница, Картина, Вечный двигатель, Старинные часы, Осмос, Хитрый лис, Воры Египта, Интрига, Император и Простота.
Он вышел из комнаты на площадку в ночном халате. Болело бедро. Длинная белая хлопковая ткань гладила его по икрам. Он шел в тапочках по ступенькам наверх и держался за стальные перила, пробираясь сквозь темноту. Перила на ощупь ледяные.
У задней двери он снял сандалии и надел пару черных кроссовок. Он наклонился завязать шнурки. Острая боль пронзила поясницу. Он раздвинул занавеску, закрывающую проход, нажал на ручку вниз. Дотянулся до сигареты за ухом, передумал.
На улице тихо. Нет машин, нет собак, нет стрекота насекомых.
Желтый шланг свернут кольцами под кухонным окном. Он проверил, плотно ли закрыт штуцер, наполовину открыл клапан с водой. Под клапаном, там, где он соединяется со шлангом, закапала тонкая струйка воды. Он перетянул шланг, сделал шаг назад, подождал. Хорошо. Течи нет.
Он прошаркал вдоль заднего крыльца дома, мимо пустого плавательного бассейна. Появились звезды, их глубина еще больше, чем темнота, в которой они находятся. Он поставил три пустых ведра на крыльце, обмотал их шлангом.
