Три дня взаперти с этими психами, показались мне адом. Я был готов выйти в коридор и принять смерть с достоинством, которого у меня никогда не было, лишь бы не находиться с ними рядом. Они ругались между собой, дрались и снова ругались. Зимин взял на себя участь главного и давал им указания.
Я от чего-то настолько его боюсь, что никогда не смотрел ему в глаза. Хотя он вроде бы никогда не трогал меня. Пинки и подножки не считаются.
Уже здесь, в бункере, он впервые со мной заговорил по-человечески. Разбудил меня ночью в лазарете и спросил: «Не хочешь со мной в отряд?»
Я спрятал глаза, вздохнул и кивнул, не найдя слов, для отказа.
– Молодчина, Хилый. – он хлопнул меня по плечу, я весь сжался. – Отчаянные времена, требуют отчаянных мер. – произнес он и ушёл.
Если честно, не хотел я в отряд, но отказать ему не мог, при всем желании. Его глаза, холодные и злые, сильно пугали меня, заставляли прогибаться.
Я не сильно жалуюсь, с другой стороны, если я буду в отряде, может кто-то начнет меня уважать. Хотя не то чтобы я сильно в этом нуждался.
Спустя неделю нас, всех шестерых, пригласил к себе начальник службы безопасности.
Семëн Павлович, так его звали, оглядел нас с ног до головы и остановил свой взгляд на мне.
– Этот тоже с вами? – удивлённо вскинул брови тот.
– Так точно. – гордо ответил Зимин. – Хилый... Дмитрий Рябин.
— Угу, Рябин... – пробубнил дед. – Первое построение завтра в восемь утра.
Зимин кивнул.
– И сделайте что-нибудь с этим. – Он указал пальцем на меня. – Рожа его раздражает меня.
Парни засмеялись, а я смиренно опустил голову.
Я уже привык.
– А вы на рожу его не смотрите. – уверенно начал Зимин.
Парни затихли, а я смотрел только на него.
– Завтра этот парень покажет, что может, а через пару лет, может и вас сменит.
– Фамилия! – рявкнул Семëн Павлович.
Я вздрогнул, но не смог отвести взгляда от парня, что заступился за меня.
Впервые в жизни кто-то защитил меня.
– Зимин! – в тон ему ответил Денис. – Зимин? А ты случайно не родственник... Хотя ладно. – Семëн Павлович кивнул своим мыслям и изменился в лице. – Пошли вон все отсюда!
Мы поспешили выйти за дверь, я плёлся в хвосте, глупо улыбаясь.
– Не позволяй им кусать себя, иначе рано или поздно, они сожрут тебя. – бросил Зимин через плечо.
Я кивнул.
Уже в общей казарме, поздно ночью я подошел к их с Рыжим койке.
Я не знал, стоит ли мне говорить то, что хотел. Уже думал уйти, но в темноте сверкнули два серых глаза.
– Чего тебе?
– Я хотел... Хотел сказать...
– Ну?
Набрал в грудь побольше воздуха, и на одном дыхании произнёс.
– Я ничего не умею, ты сказал, что я покажу, но мне нечего показать. – я смиренно опустил голову, будто на плаху, а Зимин был моим палачом.
– В каждом скрыт потенциал, осталось только раскрыть твой.
– У меня нет потенциала. – упрямо заявил я и даже поднял голову.
– Тебе ебало разбить?
Я с испугом уставился на него.
– Что? – еле выдавил из себя я.
– Ты глухой?
– Нет. – тихо отозвался я.
– Я тебе ебало разобью, если ты не перестанешь отрицать очевидное.
– Я не... – я вновь опустил плечи и кивнул, спорить с ним было бесполезно.
– Ну вот, другое дело. Давай спать, нам вставать завтра рано.
Я побрел обратно в кровать.
Надо мной спал парень с очень вонючими ногами. Именно эта вонь и чей-то громогласный храп, заставили меня выйти из казармы. По коридору прогуливался солдат, которого я раньше никогда не встречал.
– Чего шастаем? – грубо поинтересовался он.
– Ты стрелять умеешь, а? – спросил я.
– И чё?
– Через плечо. – огрызнулся я, осознавая, что могу потерять последний шанс на спасение. – У вас тир есть?
– Ну есть.
– Ну дак веди, чё ты стоишь то? – в край оборзел я, хотя у самого ужасно тряслись поджилки.
– Пойдёмте. – тут же переменился в лице рядовой.
Парнишка довёл меня до тира, свет в небольшом зале был зажжён.
Я с интересом рассматривал многочисленные запасы оружия. Они, без какой-либо защиты, просто были расставлены по стеллажам. Руки сами собой потянулись к чёрному металлу.
– Грабли убери. – послышался сиплый голос за моей спиной.
Я дёрнулся и отпрянул от стеллажа на два шага.
– Извините. – промямлил я, не в силах обернуться. – Я просто хотел... Стрелять научиться.
– Стрелять это хорошо, стрелять мы научим.
Мужчина подошёл и встал рядом со мной. Рост у него был средний, чуть ниже меня. Темные волосы уже тронула седина, а на лице залегли глубокие морщины.
– Как звать? – проговорил он всё таким же сиплым голосом.
– Дима Рябин.
– Димка значит, а я Евгений Николаевич. – он протянул мне руку, я пожал её.
– Учиться начнём, или ты так и будешь стоять, зубы сушить?
Я еле-еле подавил желание визжать от восторга.
– А мы можем, как-нибудь за ночь всё освоить? – наивно уточнил я.
Евгений Николаевич засмеялся. Долго так, иногда всхлипывая, и кашляя.
– И где вас только таких делают? – на последок уточнил он, я пожал плечами.
– Нет парень, губу то закатай. – резко спустил меня с небес на землю мужчина. – Некоторые пол жизни тратят на то, чтобы хотя бы рикошетом своих не поубивать. Есть конечно, талантливые, но я таких только пару раз за всю жизнь встречал.
– Давайте тогда начнём с азов. – тяжело вздохнул я.
