Франция не воевала с Россией. Ее солдаты не братались с русскими. Но в мае 1917-го дело дошло до восстаний. До 10 тысяч французских солдат двинулись в поход на Париж. Страшно подумать, чем могло бы это все кончиться, но новый главнокомандующий, Анри Филипп Петен, действовал очень решительно: на пути повстанцев он расположил колониальные части: солдат из Сенегала и Мали. Зуавы пулеметным огнем остановили марширующие на Париж колонны. Число убитых называют от 68 до «нескольких сотен».
Петен расстрелял зачинщиков, остальных отправил обратно на фронт.
Но вообще-то без русских не обошлось.
Весной и летом 1916 года по просьбе французского правительства во Францию прибыли части 1 и 3-й русских особых бригад. В апреле 1917 года они приняли участие в общем наступлении союзников на Западном фронте между Реймсом и Суассоном. Дрались русские отважно, многие заслужили награды. Но более 6 тысяч солдат и 70 офицеров погибли или были ранены.
Оставшихся держали в лагере Ла-Куртин под Лиможем: чтобы дать им отдохнуть, свести в новую особую дивизию под командованием генерала Лохвицкого. Да и определиться — что же дальше делать с русскими? Ведь в России уже Временное правительство!
Механизм бунта в точности такой же, как в России и в Германии: солдаты совершенно не хотели на фронт. Узнав, что их собираются бросить в бой, они заявили, что на Западном фронте воевать не хотят. Пусть их перебрасывают в Россию!
Представители Временного правительства во Франции, генерал Зенкевич и комиссар Рапп, дали приказ начать подготовку к выступлению на фронт. Тогда солдаты 1-й бригады «замитинговали» и выбрали Временный дивизионный совет солдатских депутатов. А после митинга прошли по лагерю с красным знаменем в руках. Просочились слухи, что Совет готовится напасть на 3-ю бригаду и разоружить. Бригада ночью ушла в другой лагерь, в Фельтен.
1 августа Зенкевич и Рапп потребовали в течение 48 часов сдать оружие и выйти из лагеря в местечко Клерво. А кто не явится, подлежат военному суду как изменники родины и Временного правительства. Солдаты и не думали никуда идти. Зенкевич и Рапп резко сократили продовольственный паек восставших, а с 1 сентября вообще прекратили подвоз еды. Одновременно вокруг Ла-Куртин сосредоточивались верные Временному правительству русские войска, отряд французских войск — до 6 тысяч штыков.
1 сентября восставшим пригрозили штурмом и потребовали сдать оружие, безоговорочно подчиняться. Те отказались и не раз открывали огонь по верным правительству войскам. Тогда утром 3 сентября начался артиллерийский обстрел лагеря. Стреляли несколько часов… Ждали, капитулируют ли повстанцы… Снова стреляли… Повстанцы атаковали, их отбивали артиллерийским огнем. Так продолжалось пять суток, а потом лагерь взяли штурмом. Повстанцы не ели несколько дней, разгромить их стало уже не так и трудно.
Потери обеих сторон составили несколько сот человек. Солдатам же предоставили выбор: они могут завербоваться в Иностранный легион или пусть работают в оборонной промышленности Франции. Выборы делались разные[73].
Например, Родион Яковлевич Малиновский (1898–1967) был взят в плен раненым. После расформирования бригады он поступил на службу в 1-й иностранный полк марокканской дивизии. Там он служил до августа 1919-го, после чего бежал в Россию и служил в РККА. Внебрачный сын кухарки, будущий Маршал Советского Союза, образование получил только в школе младшего комсостава (1920) и Военной академии имени Фрунзе (1930). До конца его дней в СССР скрывалось, что в молодости он воевал в составе Иностранного легиона и имел французские награды.
Чем было восстание в Ла-Куртине: частью Гражданской войны в России, выплеснувшейся во Францию? Фрагментом Гражданской войны Франции, в котором приняли участие русские? Полагаю, это часть общего потока событий, уносящего Европу в хаос Гражданской войны. Одни страны быстрее, другие — медленнее.
Одна из причин, по которым французам пришлось вывести «интервентов» с юга России в 1919 году, — подверженность французов пропаганде.
Наступление французов на север от побережья Черного моря остановилось в феврале 1919 года: после первых же стычек с войсками бандита, а теперь красного командира Н. Григорьева.
Французы остановились, потом вообще вернулись в Одессу не потому, что так страшен был Григорьев и его расхристанное войско. А потому, что большевицкая пропаганда очень уж действовала на французов. Франция ведь вообще классическая «левая» страна. В ней всегда было много коммунистов, они играли заметную роль в политике.
Французские войска без боя ушли и из Николаева, оставив защищать его греков. 2 марта 1919 года Григорьев отбил у войск Антанты Херсон, 14 марта — Николаев. При этом немцы, стоявшие возле Николаева в лагерях и ждавшие отправки домой, активно помогали устанавливать советскую власть.
