– Уже восемь десять! – заорала администратор.
Я показала на большие часы, висевшие у лифта.
– Девятнадцать тридцать пять.
– Они стоят!
– Стрелка прыгает.
Тетка стала набирать в грудь воздух.
Я выхватила из сумочки фальшивое удостоверение и сунула его гарпии под нос.
– Оперативная необходимость. В случае отказа дать информацию вас привлекут к ответственности как лицо, мешающее поимке опасного преступника. Сюда недавно привезли Маргариту Ермакову. Где находится больная?
– Охамели совсем, – забормотала тетка, – думают, полиции все можно. В токсикологии она. Лечащий врач Максимов Антон Львович, теперь ему в морду своими корочками тычьте.
Мы с Эвелиной ринулись к лифту.
В коридоре у двери с ярко светящейся надисью «Вход воспрещен» маялся мужчина в сером костюме. Моя рука уже легла на звонок, но незнакомец остановил меня.
– Там один врач, обещал скоро выйти. Только я первым сюда пришел, вам подождать придется.
Эвелина открыла было рот, и тут из отделения выскочил высокий парень в зеленой хирургической пижаме. Мужик кинулся к нему.
– Доктор? Ну как?
– Желудок промыли, состояние стабильное, – бормотнул эскулап.
Я вытащила свое фейковое удостоверение.
– Вы Антон Львович Максимов?
– И что? – вопросом ответил токсиколог.
– Сюда недавно привезли Маргариту Ермакову. Что с ней? – напала я на доктора.
– Ну и ну, – удивился он, – впервые вижу, чтобы полиция на хвосте «Скорой» прикатывала. Кто такая эта Ермакова, что вы столь бешеную скорость развили?
Я мгновенно нашла правильный ответ:
– Это тайна следствия.
Максимов усмехнулся.
– А у меня врачебная тайна. Тащите ордер, тогда и погутарим. О’кей?
Я спрятала бордовую книжечку.
– Антон Львович, не сердитесь, мы близкие подруги. Что с Ритой? Она обещала с нами встретиться, не пришла, мы узнали случайно про сердечный приступ.
Доктор сделал шаг в сторону.
– Уважаемые подружки-полицейские, на основании статьи тринадцатой Федерального закона об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации я не вправе сообщать сведения, составляющие врачебную тайну, посторонним. О’кей?
– О’кей, – сердито подхватила Эвелина. – Но вот этому мужчине вы спокойно разболтали о промывании желудка.
У врача дернулось веко.
– Он муж Ермаковой, привез ее по «Скорой».
– Муж? – хором воскликнули мы с Линой.
Потом моя спутница добавила:
– Рита же одинокая.
Максимов резко повернулся к мужику.
– Они говорят правду? Вы посторонний?
– Супруг, – смутился тот. – Гражданский, брак пока не оформлен.
Токсиколог ткнул пальцем в кнопку. Высунулась хорошенькая медсестра, и доктор бесцеремонно показал на нас пальцем.
– Валя, видишь этих троих?
– Да, Антон Львович, – пропела девушка.
– Начнут приставать с расспросами, гони их в шею, – отчеканил добрый Айболит и исчез в отделении.
Раздался резкий гудок, свет в коридоре замигал.
– Родственники и прочие, покиньте здание, – сказала Валя и захлопнула дверь.
– Порядки у них хуже, чем в тюрьме, – возмутился незнакомец. – А вы правда из полиции?
– Да, – соврала я. – Если не хотите ночевать в отделении, отвечайте на мои вопросы.
– И на мои, – не растерялась Эвелина. – Как вас зовут?
Я наступила любопытной спутнице на ногу, та ойкнула и примолкла.
– Федор Романович Воротников, – представился незнакомец.
– Никогда о вас не слышала, – изумилась Лина. – Давно вместе с Ритой живете?
– Год скоро, – признался Федор.
– Родственники и прочие, покиньте помещение, – прогремело с потолка, – ваше время истекло. Двери закроются через пять минут, кто не успел, будет выведен охраной и оштрафован.
– Пойдемте, поговорим в моей машине, – предложила я.
Открыв «букашку», я решила избавиться от Эвелины и тихо сказала ей:
– Вам лучше оставить нас с Федором вдвоем.
– Ну уж нет, – зашептала та. – Маргарита моя лучшая подруга, и я прекрасно знаю, что никаких мужиков в ее жизни нет. Даша, парень лгун. Может, он преступник, отравил Риту и сейчас белой козой прикидывается? Он вам набрешет, а вы поверите, потому что плохо Ермакову знаете. А меня ему не обмануть!
Аргументация показалась мне убедительной. И еще я отметила, что Лина перестала снабжать все слова подряд уменьшительно-ласкательными суффиксами.
– Ладно, устраивайтесь сзади.
Спутница ужом юркнула в салон. Я села за руль и взглянула на сидевшего рядом Федора.
– Значит, вы почти год живете с Маргаритой?
– Выходит, так, – согласился Воротников.
– Где познакомились? – вступила в беседу Лина.
Федор не стал скрытничать.
– В супермаркете. Она не могла печенье с верхней полки достать, и я помог. Вместе к кассе подошли, потом на стоянке рядом оказались, у нее машина не завелась, бензин кончился… Смешно. Вот так все и закрутилось.
– С ума сойти, – пробормотала Эвелина, – она о вас мне ни словечка не проронила.
Федор поставил на пол сумку.
– И я про вас тоже не слышал. Рита подчеркивала, что при ее работе никто близкие отношения с коллегами не поддерживает, потому что те – конкуренты.
– И где Маргарита служит? – осведомилась я.
– Свадьбы ведет, она тамада. Да что происходит? Вы странные вопросы для друзей задаете! – занервничал Воротников.
