— Не знаю я, что второй. Как исчез в самый неожиданный момент, так больше и не давал о себе знать. Но что-то мне подсказывает, что он всё ещё где-то здесь… У нас накапливается много вопросов, необходимо решить проблему со злым духом, пока ещё кто-нибудь не пострадал. Женя, поставь себе защиту от воздействия мёртвых. Сам понимаешь, почему.
Фантом виновато опустил глаза.
— Да, я проведу обряд.
— Не затягивай с этим. Заодно и Хеллсингу поставь, сам он в жизни этот обряд не проведёт. — Демид вытащил из кармана мобильный, посмотрел на экран, подумал мгновение и встал из-за стола. — Займитесь этим сейчас же, а я поехал.
Он решил перекурить на дорожку. Фантом отмахнулся от предложения выйти на балкон, и, как только Сумрак вышел, вытащил из кармана джинсов маленький клочок бумаги, протянул моему проводнику и довольно объявил:
— Презент за откровенность.
— Это чего? — с опаской спросил тот.
— Номер медсестрички, Машки, — добродушно усмехнулся некромант. — Нашёл её вчера на сайте знакомств. Тобой интересовалась, спрашивала, как ты там. Ты же у нас в сети не сидишь, всё прячешься ото всех.
Хеллсинг весь залился краской и продолжал недоверчиво зыркать то на клочок бумаги, то на Фантома.
— Так… так она ж тебе его дала, что я-то буду…
— Лёха, не тупи. У меня этих Машек знаешь сколько! А это, как говорится, special for you.
Увидев, что на лице парня застыл откровенный тупняк, некромант без злости закатил глаза, вздохнул и уточнил:
— Она сама просила тебе передать.
— Ты серьёзно?
— Да бери уже!
Хеллсинг взял номер телефона, как пёрышко с крыла ангела, а Фантом встал из-за стола.
— Пойдём, Сумрака проводим, и будем защищаться.
Тут меня осенило, и я подорвался с пола. Взор немножко поплыл от головокружения.
— Спроси у него о том ритуале! — затараторил я проводнику. — Что на самом деле хотел со мной сделать Сумрак? Подчинить, как Игоря, или… Эй, ты слышишь?
Хеллсинг окинул взглядом кухню но так и не задержал его на мне.
— Хеллсинг! Оглянись, если слышишь! Ну… хоть кашляни!
Он не оглянулся и не кашлянул. Глаза его пробежались по окну, сквозь моё тело, а в них застыла толика непонимания и отчётливо видное облегчение.
Я уже не пытался разговаривать с Хеллсингом. Он меня больше не видел, значит, моя вторая миссия завершена.
Вдвоём с Демидом мы вышли из подъезда и сели в его машину. Минуту он сидел молча и о чём-то думал, а потом достал мобильник и выбрал номер из журнала звонков.
— Привет, — сказал он, когда через четыре гудка ему наконец ответили.
В телефоне был достаточно громкий динамик, и я не только мог чётко расслышать ответ, но и безошибочно определил знакомый женский голос.
— Привет!
— Ну как там в Турции?
— Ой, Дёма! Ещё утро, а уже такая жарища! — восторженно говорила Лера. — В чёрном ходить вообще нереально, краситься бессмысленно. Целыми днями в море купаемся, Вадик вечно брызгается, да и не поныряешь особо с макияжем. Я в первый день уже через десять минут как панда была. Хожу теперь… в цветном, не накрашенная, с пучком на голове, — смущённо и виновато призналась она.
— Я бы на это посмотрел, — улыбнулся Демид с непривычной мне теплотой. — Сделаешь фото?
— М-м… ну не знаю, — ещё больше смутилась Лера.
— Давай, не жадничай. Как там наши с тобой родители?
Она вздохнула.
— Хорошо. Каждый вечер ходят куда-нибудь вдвоём. Счастливые такие, как в медовый месяц… Рома, конечно, по-прежнему всех строит на свой лад, но пока не ругаемся.
— Ну и слава богу. Я знаю, как с ним трудно, но постарайся с ним поладить, хорошо? Ради мамы и меня.
— Угу…
— Сама-то как? Больше не встречала жутких не упокоенных духов?
Вопрос некроманта прозвучал невинно и по-дружески насмешливо, но я сразу догадался — в нём и был весь смысл этого звонка.
— Нет. — Лера понизила голос. — С тех пор, как… ну, ты знаешь, больше ни разу. Ни он, ни кто-либо другой.
Он получил, что хотел, и скоро нашёл повод закончить разговор. Кинув телефон на сидение рядом с собой — то есть, под меня — Сумрак принялся задумчиво постукивать пальцами по рулю.
Я понял, что не дождусь от него ничего интересного. Может, догадывается, что я слежу за ним, но почему-то даже не пытается выйти со мной на связь. И смутное подозрение говорило мне, что это неспроста.
Я не рискнул прибегать к своим сверхспособностям. Слабость почти уже отступила, но плечо ещё сильно болело, и я решил добраться до центрального района на автобусе. Сберегу энергию, заодно и успею подумать.
А думать было о чём. Оставшись наедине с собой, я пытался решить, что мне дальше делать с Игорем.
Всего два сказанные Сумраком слова раскрыли мне глаза на моего чокнутого сородича. «Злой дух». И этим всё сказано.
При жизни Игорь не был такой сволочью, как сейчас. Он прилежно учился, строил карьеру ради своей цели, добросовестно занимался бизнесом, вложив в это душу. Не из-за долгов и страха перед судом и коллекторами он покончил с собой. Его убило отчаяние и горе от потери уже второго своего «детища». Имей он при жизни тот же темперамент, что и сейчас, я уверен — он скорее бы прикончил своих обидчиков, чем самого себя.
