Демид припарковался во дворе возле серебристого внедорожника, и Фантом, выйдя на улицу, заглянул в его салон, подставив руку к стеклу, чтобы не отсвечивал дневной свет.
Чем дольше я наблюдал за членами некромантической общины, тем явственнее убеждался, что они более чем обеспечены материально. Это заставило меня ещё раз задуматься над словами Игоря. Демиду и Фантому не было и двадцати пяти, а уже собственные квартиры и крутые тачки. Причём и серебристый Land Cruiser, и чёрный BMW ещё не утратили блеска новеньких салонных автомобилей и на фоне других машин так и кричали о толстых кошельках своих владельцев. Но честным ли путём они их набили?
В квартире, как я и предполагал, был свежий евроремонт, дорогостоящая мебель и целых три комнаты. Та же планировка, что и у Леры, длинный коридор, две гардеробные, одну из которых переделали в мини-кабинет, балкон и лоджия. Комфортная обстановка не уступала той, что царила в квартире Демида, и уют, и порядок — всё здесь было чин по чину.
Я не стал осматривать комнаты и вместе со всеми прошёл на кухню, где Фантом поставил чайник, а Сумрак и Хеллсинг расселись на стулья с высокими спинками с кожаной обивкой.
На квадратном столе с глянцевой скатертью, как в ресторане, стояла подставка с солонками, зубочистками и салфетками, на стене длинный плоский телевизор, об который долговязый Фантом наверняка не раз бился головой, отходя от раковины. Кухонный гарнитур и техника сочетались с мебелью — всё исключительно в светлых тонах.
Я был измучен и валился с ног, но садиться на один из двух свободных стульев не стал. Не очень хотелось вылезать из-под Фантома, реши он занять тот же стул, что и я, и пока он организовывал приятное чаепитие, мне оставалось ждать у дверного проёма.
Хеллсинг сидел напротив Демида и, потупив взор, молчал. Он сильно нервничал и ёжился от звона посуды и стука дверец шкафчиков.
Демид буквально выжигал его глазами. На месте бедного парня, что вляпался в столь мутную историю, мне бы тоже было более чем не по себе. Всем своим естеством предводитель некромантов источал ядовитую угрозу. Я буквально чувствовал, как она разъедает незримую ауру Хеллсинга и почему-то даже мою.
— Молотого кофе нет, Сумрак, так что, не обессудь, — беззаботно сказал Фантом, ставя перед ним кружку с чаем.
— Опять с сахаром? — хмуро спросил Демид.
— Обойдёшься. Лёх, тебе с лимоном?
Парень вздрогнул, хотя Фантом говорил вполне миролюбиво.
— Н… нет.
— Молока? Алтайского сиропа? От нервов помогает.
— Спасибо, не надо.
— Ты, может, голодный?
— Нет, спасибо.
— Ну как знаешь!
Когда на столе стояли три кружки и огромная тарелка с конфетами и зефиром, Фантом наконец уселся на стул и с беспечным видом налетел на чай и сладости, как будто все здесь собрались для приятной дружеской беседы.
Я вдруг понял, что не хочу садиться за этот стол, сел прямо на пол и облокотился на стену под окном. Так, чтобы видеть всех собравшихся за повседневным занятием, участия в котором я никогда больше не приму.
Первое время они пили чай и говорили о чём-то отвлечённом. Конечно, опять ждали, когда Хеллсинг расслабится и потеряет бдительность. А может, ему и в правду не мешало бы перевести дух. Я был на сто процентов уверен, что Фантом долго убеждал Демида не давить на него и не налетать с расспросами сразу. Сумраку очевидно тяжело давалось терпение, и из раза в раз он косился на парня, как цербер на жертву, которую ему пока что не позволяли растерзать.
Но иногда терпение иссякает раньше, чем заканчивается чай.
— Рассказывай, Хеллсинг, — провозгласил Демид, когда парень только начал нормально пить, не обжигая язык. — По порядку и подробно.
— Не бойся, вреда тебе больше никто не причинит, — заверил его Фантом. — Правда, Сумрак?
— Я не боюсь!
— Тогда зачем ты полез на крышу? — не отступал Демид. — И что за приступы паники были сегодня? Ты пьёшь свои таблетки?
Хеллсинг разволновался пуще прежнего, и я пришёл ему на помощь:
— Просто не отвечай и всё. Рассказывай сразу про Игоря и Антона. Это их интересует в первую очередь.
Сделав большой глоток, парень поставил на стол кружку, выпрямился и начал:
— Этой весной… я встретил мёртвого духа. Игоря. Я видел его точно так же, как Лера того Никиту.
— Вот это поворот, — озадаченно произнёс Фантом. — А нам-то чего не сказал?
— Что ещё за Игорь? — оборвал его Демид.
— Суицидник. Он точно так же вышел из могилы на сорок первый день и случайно натолкнулся на меня. Я один его увидел, и устроил ему встречу с Антоном. Вам он не сказал… потому что не успел. Умер.
— А ты почему? — спросил Фантом.
— При каких обстоятельствах умер?
Хеллсинг тщательно подбирал слова, избегая смотреть на некромантов.
— Продолжай по порядку, — настаивал я.
— Он… установил с ним контакт, как ты с Никитой. Смог общаться с ним и сказал, что знает один ритуал… который ему поможет.
Демид и Фантом переглянулись, но промолчали. А я следил за ними и пытался отгадать их мысли. Они ведь оба — один уж точно — знают, что даёт этот ритуал на самом деле, и это отнюдь не упокоение застрявшей между мирами души.
