Время тянулось. Женя нёс дозор, изредка выпрямлялся, чтобы размять шею, и продолжал подслушивать. Лёша и Лера подбадривали друг друга и ещё раз проговаривали, что и как они будут делать, а Дарья стояла рядом и пыталась активировать засыпающий мозг и вникнуть в разговор.
Все резко умолкли — Женя судорожно замахал рукой, как веером в жаркую погоду, и трое его соучастников кинулись к квартире.
— Уже начали. Заклинание читают, — тихо проговорил он. — Лёх, доставай ключи.
«Заклинание? — стукнуло в голове Дарьи. — Боже мой… что я здесь делаю?!»
Бежать! Немедленно!
Звон ключа, медленное погружение в скважину, аккуратный поворот, тихое вытаскивание и возвращение в карман. Женя берётся за ручку, очень медленно надавливает, тянет на себя, и перед Дарьей опять предстаёт мрак обители ужасов, как будто распахиваются ворота в ад.
Беги!!!
Лёша первым прокрался внутрь, за ним на цыпочках скользнула Лера, а Женя продолжал держаться за дверную ручку и уже поворачивал голову к Дарье. Страж преддверий ада, что вот-вот произнесёт ей: «Оставь надежду, всяк сюда входящий».
Её прошиб холодный пот, хотя кожу затянули мурашки.
В ад ради Никиты?
Две секунды, и Дарья с Женей уже в квартире. Дверь за ними закрылась, и душа ушла в пятки.
«Всё, конец. Застукали!»
Их должны были засечь в первое же мгновение — такая темень в квартире, а в прихожую проникла полоска света из подъезда. Дарья едва не потеряла сознание от страха, но, почувствовав лёгкое прикосновение Жени к своему плечу, осознала, что им сказочно повезло. Не заметили! И сразу стало понятно, почему.
Из зала исходил пляшущий рыжий свет свечей и хор голосов. Ровно и синхронно, без единой погрешности в интонации и ритме, как на профессиональной записи, они зачитывали что-то на непонятном языке. Латынь. Так это и есть заклинание настоящих чёрных магов. Заклинание, призванное проклясть Никиту на вечные муки и исчезновение с лица бытия.
Одна из двустворчатых дверей зала была открыта настежь. Как лис на охоте, Женя подкрался, вытянул шею и знаком показал другим, чтобы оставались на месте. Лера и Лёша не спускали с него глаз и боялись даже моргнуть. Дарья вдруг поняла, что, несмотря на незаконное вторжение и жуткую мантру группы сектантов, больше не испытывает страха. Совершенно. Их хор стал чем-то естественным и фоновым, как звук городской улицы или пение птиц. Латынь? Да бог с ней, хоть ацтекский или древнегреческий!
Хор резко смолк и один, солирующий, голос повелительно прогремел:
— И да исполните нашу волю!
Женя нахмурился и заморгал, как будто не мог поверить в то, что увидел. Дарью насквозь пронзило жгучее предчувствие. Без страха разоблачения она подскочила к Жене и заглянула в зал.
Повсюду горят свечи, на столе, книжном шкафу, подоконнике, на полу. Демид стоят посреди зала с раскрытой книгой — дневником! — в поднятой руке, с локтевого сгиба капает кровь. Несколько людей стоят за его спиной, у каждого в одной руке ежедневник, в другой что-то маленькое и непонятное. На полу перед предводителем рассыпана по кругу земля. А внутри этого круга…
Дарья пошатнулась и упала бы, если бы не Женя. Здравый рассудок окончательно надломился, и с места надлома, множась и расширяясь, поползли трещины.
Внутри круга из рассыпанной земли стояли двое. Мужчина в рубашке с растянутым галстуком и парень в свитере под ветровкой. Никита. Её погибший Никита.
Двое в круге странно дёргались, то как под воздействием разряда тока, то словно горя живьём. Они бились в невообразимой агонии и что есть мочи кричали душераздирающим и абсолютно безмолвным криком.
Как же ему было больно! Он страдал, а вместе с ним заживо тлела и она. Это было самое невыносимое страдание на свете, и избавиться от него необходимо любой ценой. Не жалко ничего!
— Никита, — прохрипела Дарья, не слыша и не помня себя, и ворвалась в зал в тот момент, когда Демид собрался положить на пол дневник. — Никита!!!
Где я? Что творится вокруг меня? Есть хоть что-нибудь, кроме этой беспощадной тьмы бездонной пустоши? Я отказываюсь верить, что отныне для меня это ВСЁ.
Я двигаюсь во мраке в поисках света и призываю на помощь воспоминания. Ах, да… Мы с Игорем не смогли выполнить наше задание, с позором потерпели поражение и пытались спастись бегством, активировав на полную мощность энергию усопших. Наивные!
Мы мчались, наверное, со скоростью света. Перед глазами проносились размазанные блики тундр, гор, лесов, неизвестных городов, заснеженных полей, людей, животных. Не будь озёра и реки покрыты льдом, увидели бы и подводный мир.
Но от
Воющий ветер в ушах заглушил голос верховного некроманта. Как щенков за шкирку, нас подхватила незримая сила и за долю секунду перекинула через тысячи километров в озарённый свечами злополучный зал. Игорь как муха об стекло врезался в невидимую стену. Вокруг нас кладбищенская земля.
— Нет!!! Только не опять!!! — истерично, как заплаканный ребёнок, завизжал он, и начался ад.
