Ёнгван попросил классного руководителя Суэ, чтобы та приходила убирать кабинет биологии после уроков. Он решил испытать на ней новый препарат с вазопрессином – гормоном, который вызывает любовь лишь к одному определенному человеку. Ёнгван мечтал, чтобы для нее никого не существовало, кроме него одного. Когда Суэ заканчивала уборку, он протягивал ей упаковку сока. Ни о чем не подозревая, девушка выпивала все до последней капли, а он продолжал наблюдать, как растворенное в соке вещество влияет на ее душевное состояние. Ёнгван переживал, что у нее уже есть возлюбленный и в таком случае вазопрессин лишь усилит существующую привязанность. К счастью, ей особенно никто не нравился. Вскоре в поведении Суэ наметились некоторые изменения, несмотря на то что испытания только начались. Ёнгван почувствовал, что благодаря вазопрессину она сосредоточила на нем все свое внимание. Точно так же, как и он сам, раненный в самое сердце.
На первых порах, когда она приходила в кабинет, лицо ее было угрюмым, а по прошествии времени она стала напевать что-то под нос во время уборки и даже улыбаться Ёнгвану. Теперь она и смотрела на него по-другому. Иногда задавала личные вопросы: «А у вас есть возлюбленная?», «А какие девушки вам нравятся?»
В один из дней, когда Суэ закончила с уборкой, она залпом осушила предложенный стакан с апельсиновым соком. Ёнгван внимательно смотрел на девушку и представлял, как частицы «эликсира» проникают в каждую клетку ее тела.
– Учитель!
– Да?
– Можно вас кое о чем спросить?
– Вперед. Тебя интересует что-то связанное с биологией?
– Фи! Я ж не ботаник какой-то. – Суэ надула губы и очаровательно стрельнула глазами.
Ёнгвану тут же невыносимо захотелось сжать ее в своих объятиях. В окна класса глядел закат мандаринового цвета, и казалось, что в воздухе парят невидимые частицы любви. Он был готов заплатить любую цену, чтобы только обладать Суэ.
– Слышал, ты отказалась от музыки и решила заниматься естественными науками. Теперь ты должна посвящать учебе еще больше времени.
– Я не пойду в университет. Точнее, не смогу пойти.
– Как это понимать? Ты же недавно приходила ко мне советоваться насчет поступления.
– Я не знала, что мне делать. Конечно, я хочу пойти учиться в университет, но ничего не получится. Мы с сестрой живем вдвоем. Она тоже не получила высшего образования, сразу после школы устроилась работать. Сестра говорит, что я должна поступать, но на самом деле она этого не хочет. Совсем скоро она выйдет замуж, а зять вряд ли будет рад оплачивать мое обучение.
– А родители?
– Значит, вы не знаете… Мои родители умерли, и уже давно.
Эмоции на лице Суэ оставались живыми, даже когда она говорила о непростой семейной ситуации. Она была словно цветок, растущий прямо в грязи, но благоухающий, точно мед.
– А что с ними произошло? – спросил Ёнгван, наполняя голос сочувствием.
– Мама умерла, когда я была еще малышкой. Я даже не помню ее лица.
– А отец?
– Папа заменил нам мать. Он готовил, стирал, убирал, зарабатывал на жизнь. Его не стало, когда я пошла в младшую школу, сестра как раз заканчивала старшую.
– Как же так!
Ёнгван покачал головой, разглядывая лицо Суэ, окрашенное красным цветом заката.
– Авария. Интересно, почему грустные истории всегда такие однообразные? Дети с такой судьбой, как у меня, не могут учиться в университете. А так я бы очень хотела поступить в Джульярдскую школу искусств и стать профессиональной певицей. Или как вы, пойти учиться в универ, потом в магистратуру, аспирантуру, докторантуру, чтобы в итоге за какое-нибудь открытие получить Нобелевку. Именно поэтому я тогда приходила просить вашего совета. Вы же крутой.
– Я? Да что во мне крутого? – Ёнгван неловко улыбнулся. Наверное, у него покраснели даже мочки ушей.
У любви есть одна особенность: она пробуждает в человеке ребячество. Комплимент от возлюбленного сразу поднимает до небес.
– Как что? Вы же сейчас пишете диссертацию.
У Ёнгвана от удивления даже приоткрылся рот. Откуда она знает? Он еле взял себя в руки.
– Ты хотела меня о чем-то спросить. Я постараюсь ответить на любой вопрос.
Он готов был достать ей с неба луну и звезды, если только она попросит.
– Учитель…
– Да?
– Вы любите меня?..
Суэ мило улыбнулась. Он смотрел, не отрываясь, на ее губы. Ему нестерпимо хотелось прижаться к ним, слизать с каждой сладкий вишневый аромат. Он уже забыл, о чем она спросила. Кажется, нравится ли ему. С какой целью она сейчас спрашивает об этом? Ёнгван, чувствуя, как ноги становятся ватными, услышал звук, похожий на плеск воды в пластмассовом стакане. Так смеялась Суэ. Она произнесла: «Вы такой красный!» – и схватилась за живот, продолжая смеяться.
– Я не договорила! Вы любите меняться книгами?
– Ах ты, негодница! Издеваешься над учителем!
Он закрыл ладонями свое пылающее лицо и закашлялся.
После того дня Суэ не отлипала от него. Дурацкая шутка про обмен книгами стала сигналом.
– Меня привлекают мужчины, похожие на моего отца.
