Психотерапевт, показавшаяся из-за ширмы, увидела девушку и сразу изменилась в лице. Мама легонько толкнула Хану в спину, намекая, что нужно поклониться. Пожилой мужчина сдвинул очки на переносицу, чтобы лучше рассмотреть посетителей.
– Хёсон, здравствуйте! Я мама Ханы. Простите, что не пришла познакомиться с вами раньше.
Хана внимательно вглядывалась в лицо психотерапевта, пытаясь разглядеть следы травмы. Та выглядела вполне здоровой. Хане стало легче. Если бы сеанс проходил сейчас и врач произнесла бы слово «изгой», она не поступила бы так импульсивно. Тогда она находилась в возбужденном состоянии и не могла себя контролировать.
– Здравствуйте! – громко и четко проговорила Хана.
– Какое уж тут здоровье… Ну-ка, быстро извиняйся!
Мама снова толкнула ее в спину. Сама ведь тоже поздоровалась, а Хана осталась виноватой. Может, она считает, что, если будет отчитывать дочь на глазах у психотерапевта, та быстрее поверит, что они все искренне сожалеют о произошедшем?
Под таким нажимом Хане еще меньше хотелось просить прощения. Мама сама не раз говорила папе после очередной склоки: «Думаешь, если извинишься за то, что натворил, я тут же все забуду и прощу?» Эти слова всегда казались Хане несправедливыми. Во время ссор именно мама вела себя грубо и агрессивно, и все равно каждый раз первый извинялся папа.
– Простите меня, пожалуйста!
– Тебя ведь зовут Хана?
– Да, все верно, нашу дочь зовут Кан Хана, – ответила мама.
– А зачем вы пришли? Ваш муж уже был у нас, – в разговор вмешался пожилой мужчина.
Мама плюхнулась на диванчик, стоящий в центре зала, всем видом показывая, что с извинениями покончено. Хана не так уж сильно недолюбливала свою мать, но вот ее заносчивость, которая периодически из нее прорывалась, просто терпеть не могла. Эчхун была уверена в том, что такое поведение позволяло доминировать над собеседником. Наверное, она забыла, что когда-то переняла эту манеру у состоятельных клиентов, чтобы было легче выживать на рынке услуг. «Не может такого быть, чтобы мужчину и женщину не тянуло друг к другу. Это заложено в человеческой природе с момента образования Земли и никуда не денется, пока мир существует» – так говорила мама, которая гордилась своей работой. Если бы отцу не понадобились деньги на клуб, она бы уже давно открыла брачное агентство по ту сторону широкой автострады.
– Хёсон, мы очень хотим, чтобы вы продолжили работать с Ханой. Мой муж сказал, что ваши лекарства ну просто творят чудеса!
Теперь мама говорила приторно-вежливым тоном, и Хане тут же захотелось куда-нибудь спрятаться. Психотерапевт, будто бы не замечая поведения посетительницы, протянула бумагу с согласием. Хана еще в тот раз, когда психотерапевт проводила консультацию, поняла: эта врач широкой души человек. Мама собиралась не глядя подписать согласие, но психотерапевт кивнула в сторону Ханы и положила бумагу перед ней, широко улыбаясь.
– Подпишешь?
Хана кивнула.
– Тогда вперед.
Интересно, почему она ответила положительно? Хана сама изумилась своей непроизвольной реакции. После предложения психотерапевта мама не без труда поднялась с мягкого диванчика, оставляя их один на один, – так, по ее мнению, было правильно. Хана не стала ничего говорить ей вслед. В какой-то момент и старик тихо скрылся за дверью производственного помещения.
Психотерапевт проводила Хану в свой уголок за ширмой. Здесь было уютно: приглушенный свет, кресло с мягкими диванными подушками и массажное кресло – деловая обстановка торгового зала осталась за перегородкой. В стене виднелась дверь, ведущая в дом. Психотерапевт открыла ее и на ручку с другой стороны повесила записку
затем подошла к входной двери и дощечку
поменяла на
Хана выдохнула. Мысль о том, что никто их не потревожит, успокаивала.
Хана выпила предложенный чай с едва уловимым ароматом и приятным вкусом – успокаивающий, как объяснила психотерапевт. Потом врач указала Хане на массажное кресло, и та согласно кивнула.
– Как мне сесть? Вот так?
Она откинулась на спинку, ощущая, как утопает в кресле.
– Руки свободно положи на колени, расслабься.
Помогая Хане поудобнее устроиться, психотерапевт чуть надавила ей на плечи, и девушка замерла на месте, насторожилась. Почему она вдруг так напряглась от прикосновений незнакомого человека?
По аптеке разливалась знакомая классическая музыка.
– Хана, я вижу, что ты не испытываешь ко мне ненависти. Наоборот, я тебе очень интересна.
О чем она говорит? Неужели после устроенного ими спектакля загордилась собой?
– В психологии есть такое понятие, как «эффект зеркала». Его используют при описании поведения человека, который начинает бездумно копировать привычки того, кто ему симпатичен. Помнишь, я недавно кивнула? Я сделала это, чтобы посмотреть, как ты отреагируешь. Ты скопировала мой жест, и тогда все стало ясно: я тебе интересна.
