– Наконец-то! – кричит из кухни Анька. – Я уж подумала, ты себя вместе с мусором вынесла. Обедать?
– Давай.
– Давай сама. Я не знала, ждать тебя или нет. Синий контейнер.
В кухне пахнет, как в школьной столовке. Мясная подлива с макаронами. Коричневое варево, даже не хочется думать, на что это похоже.
– У нас что, в холодосе открылся портал, который отрыгивает это?
– Не хочешь – не ешь вообще! Мама старается ради нас, между прочим!
Аргумент. Отправляю остатки макарон в микроволновку. Если добавить побольше соли, можно будет перебить вязкость мясной подливы.
– Где она, кстати?
– На работе.
– Но сегодня воскресенье!
– Пришлось на её смену.
– Бухгалтер работает посменно?
Сестра глядит на меня, как она, когда я говорю «что-то не то», а что – не объяснят. В такие моменты они очень похожи. Сестра на неё много чем похожа: угловатыми плечами, высоким ростом, складками на животе и даже тем, как закручивает длинные волосы в пучок. И как в нас двоих мало общего… из-за этого мне её очень жаль.
– Ты хоть замечаешь вообще, что дома происходит? – выдаёт наконец Анька.
– А мне хоть кто-нибудь рассказывает, что дома происходит?
Она встаёт, моет за собой тарелку, ненужно гремя, и уходит в комнату с чаем, даже не взглянув в мою сторону. Вот так у нас всегда. В детстве мы дрались хотя бы понятно за что и почему, а теперь на меня могут обидеться безо всяких причин – угадай сама. Я ем слипшиеся макароны и мясо цвета детской неожиданности, в котором иногда попадаются куски варёной моркови. Соль не спасает. На вкус это так же отвратительно, как вчера. Как будет ещё долго.
Я тоже беру чай с собой в комнату. Надеюсь, он перебьёт жирный привкус во рту. Сажусь за уроки, как хорошая девочка. Первая же задача повергает меня в отчаяние. Забыла всё объяснение темы, приходится перечитывать, но не доходит. Хочу отвлечься, просто глянуть одним глазком на ленту вконтакта, но вспоминаю, что телефон разрядился. Сестра в комнате, поставить на зарядку незаметно не получится… Оглядываюсь. Анька за столом, что-то строчит в ноутбуке, сверяясь с распечатками, лежащими перед ней. Ясное дело, переводит «Гарри Поттера». Сказать, что Анька обожает семикнижье Роулинг, – ничего не сказать. Она его боготворит. Раньше плакат с троицей друзей из Хогвартса висел на том месте, где сейчас у Аньки британский флаг. Поменяла лет пять назад, когда стала «слишком взрослой», чтобы тащиться от книг и фильмов. По-моему, глупость какая-то, ведь любить ГП она не перестала. А вот что Анька ненавидит – так это перевод книг на русский. Любой. Когда сестра дорвалась до оригиналов и начала читать, то и дело за ужином зачитывала из книги и объясняла, где в переводе похерили смысл, а где имена исковеркали. В итоге она не выдержала, сказала Аньке:
– Знаешь что! Не нравится – сделай сама!
С тех пор Анька переводит «Гарри Поттера». Единственно правильный вариант. Кажется, уже заканчивает первую книгу.
– И хочется тебе работать по выхам… – скулю я, как ребёнок, который просится в туалет.
– Прикинь, хочется, – отвечает Анька, не поворачиваясь ко мне. – Единственное время, чтобы жить по-настоящему.
– Если по-настоящему, зачем ты тогда в юристы идёшь, а не в переводчики?
Теперь я удостаиваюсь взгляда поверх рабочих очков. Смотрит как на умственно отсталую, как на ученика, не выучившего урок (им я сейчас и являюсь).
– Глупостей не говори. Кем я буду с этим дипломом филфака, даже иностранного? Училкой английского в школе?
– А после юрфака ты кем будешь?
– Да кем угодно! Юристом, адвокатом, судьёй, гражданским представителем. А главное, знаешь, что у нас будет? Деньги. Юрист – это профессия. Профессия, которая поможет нам выбраться из долгов, начать жить нормально! Зарплаты переводчиков ты видела? А школьного учителя?
Нам. Она сказала «нам». Анька изучила вопрос, узнала альтернативы – она ничего не делает без скрупулёзной подготовки. А потом отринула все свои возможности, принесла себя в жертву – ради того, чтобы мы были в безопасности.
– Планировать надо будущее! Жить надо в реальном мире!
Она знает, каков этот реальный мир на самом деле. В прошлом году она не провалилась на вступительных. Наоборот, у неё, как всегда, все были пятёрки. Но когда села отвечать перед комиссией на собеседовании, случайно увидела список, в котором галочкой были отмечены фамилии поступивших. Она вышла первая, а результаты уже были. И её фамилия галочкой отмечена не была. Позже, когда она рыдала в холле над этим списком, кто-то из той же группы поступающих сказал ей, что у тех, кто не ходил на платные подготовительные курсы в универ, шансов никаких. Десять человек на место. Я думала, Анька попробует защищаться, подаст апелляцию, докажет, как это было нечестно! Но вместо этого она устроилась на работу и весь год ходит туда, на платные курсы. Теперь поступит сто пудов.
У меня лицо опять горит, как тогда, когда она сказала: «Это ненадолго. Скоро всё закончится». Это она должна была позаботиться о нас. Чтобы я не боялась прийти в фандом без карточек, чтобы Анька могла переводить «Гарри Поттера»! Это её обязанность, она – взрослая.
