– Спасибо, не надо. Я краситься ради вашего Хозяина не собиралась, – одаряю ее такой же циничной ухмылкой, а Элинара переводит сказанное мной.
Девушка только хмыкает, и уходит к остальным. Похоже, ее дурацкая шутка не удалась. Мне плевать, кого любит и кого не любит наш грозный Господин. Я рада, что нашла собеседницу со знанием своего языка. Элинара сможет мне рассказать о том, как они проводят время, и есть ли возможность выехать в город из нашей добровольной тюрьмы.
Похоже планировать побеги мне придется пока не доберусь до Америки.
***
Вечером меня не покидала тревога. Если Элинара права, то я, как купленная вещь должна была сегодня же ночью принадлежать Багиру. Но никто не пришел. Я провела в тишине полночи, а после того, как сон все-таки сломил мою волю, заснула. Беспокойно подскакивала и оглядывалась по сторонам. Мне постоянно казалось, что в комнате еще кто-то есть.
Позавтракала я без аппетита. Пару кусочков сладкого шекерпаре (печенье на основе миндаля, в центре которого находиться орех –
Мой день повторился. Примерно после полудня меня вновь проводили в общую гостиную, где шестнадцать пар глаз встретили с разными эмоциями. Элинара обрадовалась моему появлению, и начала расспрашивать про ночь с Багиром.
– Никто не приходил ко мне, – отвечала я, пока рассматривала ее вышивку.
Никогда не любила рукоделие, но, наверное, здесь придется заниматься тем, что распускать сплетни и работать руками, дабы не умереть со скуки.
Присаживаюсь рядом, но тут же нас окружают четверо наложниц. Они с интересом рассматривают меня, и что-то тараторят на своем языке. Элинара недовольно переводит:
– Они хотят с тобой познакомиться. Это Аиза, Джади, Малика и Салия, – представляет она по очереди заносчивых девиц.
Мне хватает одного лишь взгляда на их замысловатые наряды. Они явно дороже моего простого платья. И улыбки источают ядовитое лицемерие.
– Ханна, – сдержанно представляюсь я.
Они дружно приносят скамью, обитую тканью, и садятся рядом. Говорят быстро, обращаясь к Элинаре, рассматривают ее вышивку, моя голова начинает кружиться от пестроты восточных платьев и суеты вокруг.
– Тебя купили на аукционе? – спрашивает одна из них, и я теряюсь.
Значит, все верно. Мне не могло показаться в наркотическом опьянении. Странные вопли «глянцевого» мужика, его отсчет, словно полет в космос. Два миллиона раз, два миллиона два, два миллиона три…
Сознание отрезвляет и подкидывает страшные слуховые воспоминания. После того, как он сдернул с меня верх платья, могучий бас сразу заткнул улюлюкающую толпу.
– Десять миллионов, и больше ничего с девушки снимать не нужно! Поздравляю с приобретением, – несется эхом в голове, и я перестаю замечать окружающих.
Прямо с затылка ползет мерзкая горячая волна, и хочется выбежать отсюда, чтобы больше не видеть все загадочные арабские узоры. Мое смятение замечают наложницы, и цель унизить и заставить знать свое место – достигнута.
– Нет, – выдыхаю я, и стараюсь дышать ровно и спокойно. Как же хочется вцепиться прямо в ее смуглое лицо! Если она решила, что драгоценный хозяин арабской сказки мне нужен, то сильно ошиблась.
– Я здесь ненадолго. И скоро уеду, – произношу с достоинством, но эту фразу все встречают громким смехом.
Элинара не поддерживает наших собеседниц, и тихонько шепчет.
– Ханна, ты чего, если Багир решил тебя сделать своей, он не отступит. Это не тот мужчина, который соглашается на компромиссы.
– Да мне безразлично кто он и что может сделать, – шиплю я, и замечаю: все видят мой разгорающийся гнев.
Хорошо, что они не понимают языка, и переводчиком является Элинара.
Девушки расспрашивали меня, но я старалась отвечать уклончиво и факты про личную жизнь скрыть полностью или не рассказывать подробностей. И через полчаса они недовольные ушли к другим наложницам.
Спустя некоторое время к нам зашла женщина. Она была одета в светло-бежевый костюм и на голове красовался платок в тон. Я залюбовалась ее одеянием и величественной манерой поведения. Ее макияж раньше бы мне показался броским и ярким, но теперь, когда я смотрела на ее образ, то подчеркнутые черной подводкой глаза придавали виду арабской красавицы еще больше эротического и женственного шарма. Незнакомка держала перед собой пару книг и тетрадь.
Все почтительно закивали ей, и в руках присутствующих появились ручки и жесткие планшетки с блокнотами.
Эта картина заставила меня уставиться на все происходящее с нескрываемым удивлением.
–Что вы будете делать? – прошептала я Элинаре.
–Ты сейчас будешь учиться арабскому языку, – улыбнулась она, а незнакомка в костюме, подала мне планшетку с тетрадью и ручку – а у нас будет урок истории.
– هذا لك, – произнесла учительница, и смерила презрительным взглядом – Это для тебя.
Ее фраза с явным акцентом немного расслабила, и заставила уткнуться в изучение арабского алфавита.
