– Ведь там нет никакой дороги, даже вади, чтобы ты мог безопасно ехать на машине. – Марыся остужает их запал. – Еще ребенком я скиталась по этой территории, и, поверь мне, ходить там тяжело, можно вывихнуть ноги. Можно только проехать на грузовом транспорте. На первых же ста метрах закопаешься: песок там мелкий.
– Вспоминаешь старые времена двадцатилетней давности…
– Минуточку, минуточку! – возмущенно перебивает Марыся. – Это, вообще-то, было не так давно. – Двадцатидвухлетняя женщина негодует. Ее состарили. Стоящие в двери бунгало женщины хохочут, закрывая рот рукой.
– С тех пор построено множество ферм, даже красивые виллы с садами. Между ними проложили дороги. Мы легко доберемся до автострады. Только наше поместье окружает такая большая пустынная территория. Тетка Малика получила когда-то два участка, которые соединила в один. Муаид выкупил все наследство. На всякий случай возьмем доски и подкладки, я видел пару за домом, – не отступает Рашид от своего плана.
– Я стану в кузове с биноклем и буду направлять водителя, – развивает мысль Махди.
– Это начинает выглядеть вполне реалистично. – Даже рассудительные доктора поддерживают смельчаков.
– Думаю, что лучше выехать к вечеру.
Остальные встают и покидают двух рисковых парней.
– Как стемнеет, никто нас там не заметит. Но мы еще сможем увидеть неровности на земле. Говорю вам, хуже всего будет проехать через нашу территорию, а потом – это уже булка с маслом, – говорит Рашид уходящим.
– Но это опасно! – Импульсивная Марыся просто кричит, не поддерживая столь рискованное предприятие. – Самира, скажи же что-нибудь! – обращается она к тетке, но та только поджимает губы и опускает голову.
– Рано утром мы уже вернемся на ферму! – Рашид в восторге от возможности действовать и просто горит желанием двигаться. – Скажете нам спасибо, что приняли вызов, хотя, в принципе, я в этой поездке ничего угрожающего не вижу.
Как только стемнело (а в Африке это происходит молниеносно и в мгновение ока все переходит в черную ночь), мужчины садятся в свой безотказный пикап. Все, кто только мог двигаться, провожают их, стоя перед домом. Гордые собой мужчины движутся на полной скорости, направляясь вглубь пустоши. Потом уже медленнее они минуют бассейн и водонапорную башню со сборником воды, теплицу, крытую пластиком, и участок с картофелем и капустой. По левой стороне остается загон для оставшихся двух баранов, коз и старенькой коровы. В этом месте кончается твердая почва. Рашид включает передачу на все четыре колеса и замедляется до тридцати, иногда даже двадцати километров в час. Очень осторожно пикап тащится к желанной автостраде. Иногда они задерживаются и исследуют территорию. Стоящий в кузове Махди цепляется за борт открытого кузова и прикладывает к глазам бинокль. Когда они проезжают выбоины и низины, он больно ударяется грудной клеткой о металлический борт. Постепенно он начинает сомневаться, хорошая ли это была идея. Большой тяжелый автомобиль опасно раскачивается из стороны в сторону. Колеса вздымают тучи песка и пыли, давая знать случайным наблюдателям: что-то движется по этой территории. Они оставили за собой редко разбросанные дома, которые выглядят нежилыми. Ни в одном из них не горит свет, не видно ни малейшего движения. Поля заброшены и покрыты засохшими или сгнившими овощами и плодами. Вокруг ни одной живой души. Чему удивляться? Страна охвачена войной, и никому в голову не придет выращивать морковку. Махди высмотрел все глаза, но Рашид по-прежнему не включает фары, не желая обнаруживать себя. В довершение сумерки покрыли все серостью, мало что уже удается заметить. После часа езды, конечно, не видно уже их поместья. Но они отдают себе отчет, что отдалились от него ненамного. Несмотря на все это, смельчаки не отказываются от затеи и проталкиваются дальше. И вот на горизонте они замечают асфальтированную дорогу, по которой мчат светящие фарами машины. Рашид вздыхает с облегчением, а наблюдатель от радости машет над головой руками. Водитель ускорился, и мужчина с биноклем снова больно ударяется ребрами о борт и быстро хватается за кузов автомашины. Неожиданно Махди замечает какое-то движение в рахитичной оливковой роще, показавшейся перед ними, и стучит по крыше машины.
– Что? – спрашивает Рашид, останавливаясь.
– Что-то там движется перед нами, хорошо не вижу, но явно что-то меняет расположение, – наклоняясь, кричит он в окно.
– У тебя галлюцинации! – Водитель продолжает движение. Он уже измучен рискованной экспедицией и хочет выбросить из головы проблемы, связанные с дорогой. От давящей жары внутри пикапа Рашид вспотел: чтобы не перегружать мотор, он не включил кондиционер. Но отчасти он взмок и от страха. «Пусть хоть пули летают, – говорит он себе, – только бы мы не застряли в конце концов в этой глуши. Ведь мы так близко!»
