Заколебался, засомневался Нур. Что мог ответить Сандр? Сказать о том, что его убежденность стоит на чувстве предвидения? На чувстве, которого сам как следует не понимает. Нет вещих снов, неоткуда взять подтверждение.
Жаркий мокрый ветер пронизывает насквозь. Тела под одеждой покрылись скользкой влагой. Дорога петляет среди зарослей пружинного бамбука и колючей травы, режущей ноги лошадей.
Психика айлов противилась растущей сырости, надвигающимся проливным дождям. Слова Нура, сказанные Сандру, выражали общее мнение. Отряд двигался на силе воли и авторитете командира.
Все больше неизвестных животных и птиц, странных нераспознаваемых запахов. Цвета природы заметно потускнели, мир начинал тяготеть к бесцветности.
Иногда путь пересекали бродяги. И, заметив отряд, мгновенно исчезали. Возникло ощущение, что за ними наблюдают десятки недружественных глаз. Нуру временами слышался издевательский смех того, у кого нет имени. У кого вместо имени черное лицо. Или морда…
Ветер вдруг стих. Сандр огляделся, – в смешанном лесу, сменившем заросли бамбука, воцарилась предгрозовая суета. Деревья раскачиваются, вихрями летит оборванный лист. А вокруг отряда полный застой, тишина и глухой полусумрак. Неподвижные ветки с пестро раскрашенными листьями и бурыми несъедобными ягодами так переплелись: не разобрать, что откуда. В небе над отрядом светлый серый круг в обрамлении чернеющих туч. Словно отдельный колодец, независимый от остального мира.
Лошади жались к Воронку. Тот посматривал на Сандра. Айлы пытались разобраться, куда попали. Первым оценил происходящее Арри:
– Да это настоящее чудо! Я о таком и мечтать не смел. Вы посмотрите!
И на самом деле… Свет в «колодце» из-за перемен в небесной круговерти сменился; то ли пожелтел, то ли порозовел, то ли сразу то и другое. И в глаза айлам бросилась сеть, сплетенная из серебряных толстых нитей, наброшенная на ветви деревьев. Плотный, знакомый стягивающий узор. Арри коснулся нити. Она оказалась настолько липкой, что он с трудом оторвал пальцы.
Паутина, – дошло до всех сразу. И до Найденыша. И какая! Для платья, о котором задумался Арри, может и сгодится. Перед назначением в оперотряд Арри расстался со второй уже подругой и присмотрелся к третьей. О причине разводов говорил так: «Я – как луна дальняя. А им подавай звезду близкую». Одежда из такой паутинки, – роскошный подарок хозяйке сердца. «Да кто ему отдаст эту нить добровольно? – усмехнулся внутри себя Сандр, – Ведь хозяин должен быть еще тот!»
Мысль о хозяине сети-паутины пришла сразу всем. Лошади сбились в плотную группу. Айлы встали вокруг них, готовые к отражению возможного нападения.
И вовремя: три пары выпуклых жадных глаз нацелились на отряд в паучьем капкане.
– Попробовать договориться? – предложил Глафий, – Чтобы без драки. Не слишком они милы на вид.
– С ними не договоримся. С пауками у нас нет общего языка. Они и музыки не понимают. В Арде нашем они водятся только на границе с джунглями. Встречаются еще изредка там, где дом Хисы…
Джахар сказал твердо, и наступило молчание. Всеобщее: и хищников и кандидатов в жертвы. В небе снова что-то произошло, и цветотени поблекли еще на тон. Свет терял насыщенность, краски куда-то уходили. Еще не мрак, но уже и не свет.
– Чего они ждут? – раздраженно произнес Ангий, – Кто знает, как правильно воевать с пауками?
Сандр, неожиданно для себя, поймал мысль, исходящую извне, из-за пределов темного колодца-капкана, и направленную на центрального, большего паука. Мохнатое черное туловище, состоящее из двух мешков, малый из которых украшают глаза и челюсти, а большой опирается на шесть лап, зашевелилось. Стало яснее.
– Они ждут команды, – сказал он, – Настоящий хозяин ловушки не здесь. А дальше в лесу.
– Если так, бороться с ними будем их оружием, – предложил Нур и сделал шаг вперед.
Главный паук то ли обрадовался активности жертвы, то ли опешил от ее наглости. И зашевелил беспокойно лапами. Нур сделал еще шаг вперед. От лошадей донесся стон. Или смешок: Найденыш не смог сдержать эмоций. Если то были эмоции. И тут же паук изогнулся туловищем, выстрелив серебряной каплей, в полете ставшей нитью. Движение повторили два крайних паука.
Но получилось не то, на что рассчитывал невидимый управитель крайне неприятными на вид чудовищами. Не коснувшись Нура, нити рванулись в обратном направлении. И все три паука принялись со всей возможной энергией наматывать паутину сами на себя. Получилось три восхитительных кокона, на которые с еще большим восхищением воззрился Арри. Сандр знал, о чем он сейчас возмечтал: развести из таких пауков на границе Арда Айлийюн плантацию побольше. Он построит фабрику и займется производством лучших под лунами тканей.
Да, планы и задачи айлов на будущее множатся и складываются в коробку с надписью: «Когда-нибудь».
– Что дальше? – спросил Глафий, с интересом поглядывая на Нура.
– Попробуем отыскать водителя пауков, – сказал Сандр, – Очень хочется теплой дружеской беседы.
