– Придется навестить! – сказал Сандр, – Пойдем все. И ты, Найденыш. Опасности для нас тут нет. А узнать кое-что полезное можно.
Отряд зашел со стороны поляны. По знаку Сандра решили постоять, пока Нур не осмотрит еще раз избушку новым видением. Оказалось, строение может поворачиваться вокруг оси. Что и произошло, со скрипом да скрежетом.
Чуть качнувшись, избушка застыла в новом положении. В открытой двери, с порогом на уровне почвы, стоит старушка, не менее древняя, чем жилище. Безволосый череп обтянут желтой кожей, собранной на лице во множество морщин. Среди них надежно спрятались безгубый рот, горбатый нос и щелочки глаз. Только уши, без мочек, вытянутые кверху треугольником, покрывает растительность, напоминающая тонкие паучьи нити. Внешний вид старушки не располагал к душевному диалогу, и айлы молчали. Наконец она открыла беззубый рот.
– Айлы… Вот вы какие… Не знаете к кому пришли? Что ж… Рагана… Так меня зовут. Ведьма я, властительница душ и тел. Не боитесь? Ну-ну…
Она криво усмехнулась, хихикнула и махнула сухой коричневой рукой.
– Входите уж, коль пришли. Я никого не отваживаю. Я и ведьма, я и мать-Рагана.
Единственную комнату осветили лучи Иш-Аруна, бьющие с юго-востока. Печь возведена в центре, вокруг нее и вращается домик. На стенах – масляные светильники из черепов разных животных. На полках вдоль стен глиняные горшки различных форм, над ними сухие пучки трав. На печи – металлическая емкость, с выходящими из нее трубами, из нержавеющего металла. Трубы уходят на тыльную сторону печи с пылающим огнем. Воздух преотвратный, не лучше чем в болотах. Айлы, не сговариваясь, закутали лица платками.
– Что, дух мой негож? – с оттенком недовольства спросила Рагана, – В ваших домах ароматы цветочные да медовые? Привыкнете, куда денетесь. Жизнь – не такая приятная штука, как вы думаете.
Сандр решил обойтись без дипломатического этикета.
– Мать ведьма Рагана… Чья ты мать? И кому ведьма?
Рагана нервно крутнулась, и вот, – на ней всяческие украшения, не скрывающие ветхости черного платья. Несколько ожерелий из бусин, зубов и камешков, браслеты, кольца и перстни, цветные перья. Получилось немыслимое сочетание, только подчеркнувшее природное уродство.
– Какой грозный командир у айлов! Смотри, потолок головой не пробей, ответить придется.
Зазвенели браслеты, дернулись языки пламени в черепах.
– Вы Раску погубили, друга моего сердечного. Мне бы сразу вам отомстить, но я погожу.
Итак, демона-водителя пауков звали Раской. А ведьма в курсе происходящего. И видит через стены своей избушки, поворачивает ее сама куда надо.
– Мутные вонючие детки! Дайте-ка я вас пощупаю…
Рагана задергала ручками. Сандр ощутил мурашки на груди и попытку проникновения в сознание. Кое-что знает старушка, да силы в ней совсем чуть-чуть. И он, мысленно, придержав порыв Нура, сказал Глафию:
– Друг мой! Займись бабушкой паучьего демона.
Глафий расцвел от такого предложения. Давно ему хочется показать, кто есть на деле рядовой айл—пчеловод. Разгладив пальцами усы, он весело приказал:
– Ведьма-колдунья… Вижу, табурет у тебя. Поставь-ка его у печи! Вот так. И присядь. Покрепче прижмись к нему, покрепче!
Костлявое тело Раганы прикипело к грязному табурету, щелочки глаз обратились пуговками.
– Приступим! – Глафий потер руки, огляделся и дал знак Найденышу пройти вперед, – Мы все тебе не нравимся? А этот как?
Старушка попыталась всплеснуть ручками, но они не подчинились.
– Братуха, милый! Ты то как здесь? И почему с ними?
«Так вот кому Найденыш родственная душа! Демоническому племени… Но пока неясно, многое неясно». Сандр постарался уловить нюансы диалога.
– Иди, родной, хлебни из ковшичка, – продолжила Рагана, растянув бледно-желтые губы, – Первачок забористый, не для сирых-убогих, для своих. Ты почему с айлами? Они тебе не пара, хоть и упитанные, но с худобой, светятся как стеклышки…
Найденыш, поняв, что к чему, затрясся от страха. Он уже представлял варианты скорой гибели вместе с Раганой. Сандр понял: хоть из одного они племени, но не знают и не понимают друг друга. Но род демонический широко расплодился, на много семеек рассыпался после Азарфэйра. Хаос в Арде Ману, беспорядок…
– Бесхозяйственность! – вдруг вскричала Рагана, – Бесхозность! Бес-образие! Да разве я против? Сказали бы: поворотись к лесу задом, ко мне передом! Как дорогих гостей бы встретила.
В морщинах затерялась одинокая слезинка.
– А теперь – говорить будем, – весело сказал Глафий, – Первое: что ты знаешь об айлах?
Рагана заговорила скорым фальцетом:
– Первый айл был создан Хозяином Эонов из почвы и воды. Потом Он из него же произвел ему подругу. Так начались айлы и расселились по Иле-Аджале. Планета была другой, радостной и прекрасной во всем и везде. Но шли годы, и айлы стали забывать, кто их Создатель. И потеряли айлы единство, расслоился их язык, обособились народы да племена. Поднялись огнедышащие горы, расстелились песчаные пустыни, начались наводнения. И айлы стали терять прежний облик. Исчез Свиток, и стало совсем не так. Разве Рагана виновна во всем этом?
