Даша с улыбкой посмотрела на Биасса, глаза которого вспыхнули в предвкушении и начала свой рассказ. Об автомобилях и поездах, о самолётах и батискафах, о богатой флоре и фауне Земли.
В это время Кассандр, как и остальные, внимательно слушал рассказ девушки. Время от времени он отвлекался на свои мысли, но после вновь прислушивался к её речи. Ещё в чертогах брата он внимательно осмотрел Паланта. Первое впечатление – серенькая, невзрачная, но зацепило то, каким горящим взглядом смотрел на неё Неоклис. Это не понравилось Кассандру, как и то, что девушка плакала. Неоклис как он помнил – ни разу не был замечен в принуждении, но стоило этот вопрос проверить, и Кассандр собирался заняться братом Тисифоны в ближайшее время.
Девушка была зажата, и в её взгляде Кассандр заметил страх, странное сомнение. Очень редко, через её заслон выскальзывали нити энергии, но они были столь слабы, что он не смог определить настроения Паланта. Только сидя в гостиной матушки он уже более внимательно начал рассматривать её.
Непривычная взгляду смуглая кожа, тёмные волосы гладко зачёсаны и заплетены в плотную косу и эта прическа не красила девушку, а скорее наоборот – отталкивала. Тёмно-синее платье облегало хрупкую фигурку, подчёркивая женские изгибы.
Взгляд Кассандра прошёлся сверху вниз, задержавшись на груди девушки, следя, как упругие холмики чуть приподнимаются и опускаются в такт её дыханию. Отчего-то проскользнула мысль: «Какая её грудь без прикрытия ткани?» Настолько ли соблазнительная или это эффект извечных женских уловок – с помощью специальных вставок прибавить там, где не хватает объёма? Взгляд скользнул вниз, по длинному подолу к кончикам выглядывающих из-под него туфель и медленно вернулся к лицу девушки, замирая на губах. В меру пухлые, розовые лепестки раскрылись, когда девушка поднесла маленькое пирожное ко рту, укусила его и быстро слизала потёкший крем. Вот это действо и заворожило мужчину. Замерев он следил, как кончик языка соблазнительно прошёлся по губам второй раз и девушка прикрыла от наслаждения глаза.
Сглотнув, Кассандр рвано выдохнул. Он сам не ожидал, что его так зацепит невинное действо Паланта. Нахмурившись, пытался перехватить взгляд девушки, отчего-то на миг показалось, что её поведение наиграно, спектакль соблазнения, но нет – она была поглощена в свои мысли и ощущения.
Пока он слушал рассказ девушки, его взгляд то и дело замирал на её губах, иногда спускался на грудь и вновь возвращался к пухлым лепесткам.
– Сколько вам оборотов? – донёсся до него вопрос матушки и Палант сразу же ответила:
– Двадцать один.
«Триединый! Да она же совсем дитя! – пронеслась мысль у Кассандра, когда он осознал – в каком ключе размышляет о Паланте племянника. – Она же практически ровесница Биасса, пусть и сформирована телом как женщина!» Встряхнувшись, ассианец помрачнел и резко поднялся с кресла:
– Прошу прощения, матушка, но вынужден покинуть ненадолго ваше общество. Биасс, я вернусь до твоего ночного кормления. Твоему отцу я обещал возвратить тебя вовремя, – дёрнув уголками губ в намёке на улыбку адресованной матери, Кассандр поспешил на выход.
Даша уныло смотрела в окно, за которым шёл проливной дождь.
День не радовал – с самого утра зарядил унылый дождь, затем энергонасыщение Биасса под присмотром не только наставника, но и молчаливого контролирующего ассианца и монотонные занятия младшего наследника рода, на которых девушка едва сдерживала зевоту.
Внезапно наставник прервал лекцию, прикоснулся к браслету и посмотрел на контролирующего, сидящего на скамье, за спиной Даши:
– Нас вызывает арите Тисифона. Биасс, – он перевёл взгляд на мальчика: – тебе отвожу время на повторение материала.
Стоило мужчинам выйти, Даша сразу же подошла к огромному, стрельчатому окну. В голове всё крутилось воспоминание о встрече с Неоклисом и его обещание помочь, впрочем, в его помощь она не верила.
– Там, в долине, могла бы жить моя мать, – вырвал её из раздумий голос Биасса. Даша повернулась и с недоумением посмотрела на подопечного:
– В смысле – твоя мать? Разве арите Тисифона не твоя…
– Конечно, нет! – воскликнул мальчик, гневно сверкнув глазами, и сразу поник головой: – Отец рассказывал, что я родился в сезон дождей. Именно моё рождение стало причиной гибели матери. Он, конечно, этого не говорит, но я прекрасно это сам осознаю, – с печалью делился Биасс, смотря полными боли глазами на долину.
– Биасс, это ведь не так, – Даша погладила мальчика по плечу. – В каждом мире случается, что женщины умирают при родах.
– И в каждом мире ребёнок выпивает свою маму? – с злой горечью усмехнулся Биасс. – Я проклинаю своё рождение и то, что принадлежу к виду ассиев.
Даша нахмурившись, спросила:
– Что значит – выпивает?
