— Отвлекает. Я теперь Глава совета… мне нужно думать о защите станции. Ну а ты должен закрыть сектор…
Где-то на периферии сознания я услышала голос Матео:
— Эй! Мald-dit-ta sea! Трой?
— Ну вот видишь, и у тебя там что-то происходит, пока мы тут сидим… Выйди со мною на связь через три часа. Будет совет.
Трой стал какой-то совсем бесцветный.
— Ты права. Хорошо, — его слова донеслись уже будто сквозь длинный туннель с эхом, и я не поняла интонации, с которой они были сказаны.
— Я буду очень ждать, когда ты вернёшься… — прошептала я, но не знаю, услышал ли Трой мои слова.
— Твою мать! — голос Варахи наждаком чиркнул по сознанию. — Опять в порноснах витала с Троем? Вот о чём я говорю… куда тебе приказы раздавать. Смотри свои сны!
Я снова оказалась на станции Новый Копенгаген. Снова светлые стены, золотистые лампы по периметру. Вараха держала меня за подмышки. Видимо, я упала.
— Сколько меня не было? — спросила я.
— Секунд десять, — сказала Алисия.
— Хорошо, хоть не пару дней, — буркнула я. — Трой сказал, что у них проблемы… усилили пропускной контроль. Надо организовать какой-то отвлекающий маневр. Обсудим на совете.
Трой далеко через громадную толщу разделяющей нас пустоты, но я так надеялась, что он ещё меня слышал:
«Мы со всем справимся вместе».
Хотелось бы, чтобы слышал. Мы тем временем вошли в лифт.
— Вот речь, написанная Альдо, — Алисия передала мне планшет, лифт загудел и тронулся. — Только не знаю, насколько можно зачитывать такую речь из лазарета… Там всё такое официальное…
Я кратко взглянула в планшет. Там было написано что-то про великое будущее, новый мир. Ага. Осталось только выгрызть его у Императора.
— Вести трансляцию из лазарета мы не будем, — Вараха скривила лицо. — Альдо такое не одобрит.
— Думаешь? А мне вот не нравится вести трансляцию из белоснежного холла с золотистыми рюшечками, и думаю, что моим людям на Альфа Центавра это тоже не понравится.
— Согласна, — выдохнула Вараха. — Но есть приказ Альдо, и тебе от него отходить нельзя.
— Я что, грёбанный император, чтобы вещать из дворца? Нет. Я, нахрен, сама диверсантка! Я часть угнетённого мира, я… ты… Кали… Санти. А рюшечки в холле — это по части Алисии.
Та нахмурилась и шатнулась, когда лифт остановился. Ничего не возразила.
— Не обижайся, подруга, — я хлопнула Алисию по плечу, когда мы выходили из лифта. — Ну ведь правда же! Я должна быть со своими людьми. Даже когда они в лазарете.
— У подруги рюшечки вместо мозгов, а ты её слушаешь… Если ты сдохнешь, кто будет с твоими людьми, ты подумала?
Вараха вырвала из рук Алисии комлинк и спрятала его в недрах своей бронированной экипировки.
— Трансляция будет в холле, — она сказала это так угрожающе, что я даже не стала спорить, скривила губы и нажала на кнопку рядом с гермодверью, ведущей в лазарет.
Стоило белоснежным железным створкам разъехаться, в ноздри пробрался сладковатый запах жареного мяса. Тошнота подступила к горлу.
Варахе передали, что Кали с Винсентом живы…
Но насколько они пострадали?
Вараха рядом со мною задышала чаще. Я взяла её за руку и крепко сжала.
— Вот зачем она… — проворчала Вараха. — Зачем полезла, как самая умная?
— Может, Кали только чуток задело, быстро заштопают и отпустят, — произнесла я.
Алисия прижала руку ко рту и ринулась в уборную. Смрад стоял страшный. Слышались стоны и крики.
— Пусть попробуют не заштопать, — голос Варахи зло дрожал.
Навстречу нам шёл мужчина в белой униформе медика. Увидев меня, он прищурился.
— Комендант? — спросил он удивлённо.
— Ага, — взволнованно ответила я. — Доктор… не знаю, как к вам обращаться. Скажите, где разместили пострадавших?
— Меня зовут доктор Якоб Тревис, — устало пробормотал доктор. — Все палаты и капсулы заняты ещё с вчерашнего нападения. Пострадавших распределяем прямо в коридоре. Вот там…
Понятно, почему такой запах. Ужасный. Омерзительный запах войны. Такой ни с чем не спутаешь, так пахнет самая адская боль и мучительная смерть. Когда уже это закончится? Хотя… всё только начиналось.
— А это ещё даже имперская армия не напала… — строго посмотрев на него, сказала я. — Есть ли возможность увеличить вместимость медблока?
— Можно переоборудовать под наши нужды два соседних помещения, дополнительные капсулы взять у отдела биологических исследований.
— Хорошо, это необходимость…
— Доктор Тревис! — послышалось из одной из палат.
— Да, комендант, — доктор кивнул мне и повернулся в сторону, откуда его звали. — Только сейчас абсолютно некому этим заниматься.
— Займёшься этим? — спросила я у Алисии, и даже не сразу вспомнила, что её нет.
Я направилась в левую часть медблока, куда указал доктор. Один вадовец шёл со мною, а Вараха с другим проводили осмотр помещения.
— Вы уверены? Не каждый выдержит… — послышались мне в спину слова доктора, я-то такое видела не раз, к сожалению. А Алисия уже не выдержала.
Я нырнула за угол, чей-то искажённый от боли крик вспорол слух. Голос вроде не принадлежал ни Кали, ни Винсенту. Я подняла взгляд и осмотрела коридор. На койках-скамейках лежали люди: чёрные от копоти, обожённые, с кровавыми ранами.
