Пальцами второй руки я осторожно проник внутрь, в теплоту и влажность. Терпкий запах её возбуждения сводил с ума, в голове просто звенел образ, как я вхожу в эту разнеженную красотку. Правда, когда я представлял, что двигаюсь внутри неё, у меня начинала кружиться голова. Всего лишь от фантазий.
Мне так нравилось, как звучало удовольствие Алисии, как она тихо и сладко всхлипывала, как часто дышала, как приподнималась тазом, желая теснее почувствовать мой язык, мои пальцы. В этом было больше искренности и живости, чем во многих словах Алисии.
А если я войду, точно сделаю ей больно. Она же девственница. От этой мысли моё возбуждение притупилось. Мне так нравилось, что я делал ей хорошо. И я просто продолжил её ласкать, осторожно надавил пальцем, проникая глубже в узкое и влажное нутро.
— Пожалуйста, не надо! — уже очень громко простонала она, и мышцы внутри неё напряглись.
Я чуть провернул пальцы и втянул клитор в рот, и Алисия громко протяжно заскулила и конвульсивно выгнулась, сжала мою руку крепко, впилась ногтями в кожу.
— Как же… — она пыталась что-то сказать, но слова завязали в рефлекторных стонах удовольствия.
Когда она затихла, я поцеловал ей бедро и осторожно подтянулся к лицу. Она лежала такая расслабленная и будто изумленная. Я легонько коснулся её щеки и поцеловал…
— Что это было? — спросила Алисия дрожащим голосом.
— Это называется оргазм… — я улыбнулся, потершись носом об её нос, — Лис.
— Но ты же не…
— Не… у меня ещё от резких движений голова кружится… не хотелось бы, чтобы твой первый раз омрачился тем, что я потерял сознание…
— Мне было… так… хорошо, никогда ничего подобного… никогда, — она обхватила мою голову руками, посмотрела ошарашенно прямо в глаза. — Я думала, что я не чувствительная. Когда Трой меня трогал, я не чувствовала ничего.
Мне нравилось ощущать тёплые пальчики Алисии на своих щеках. Я взял её ладонь и приложил к своим губам. Нежную хрупкую ладонь.
— Трой тебе не нравился, а я нравлюсь, — я коротко поцеловал Алисию, отстранился и прикрыл её грудь халатом. — Может, пойдем, поедим? Поговорим.
Я медленно встал с кровати, стараясь двигаться как можно плавнее. Принимать вертикальное положение для меня сейчас было испытанием.
— А я тебе нравлюсь? — спросила Алисия, надевая трусики.
Я выдержал драматическую паузу, не отрывая глаз и не мигая, заглядывал ей в глаза. Там всё застыло, ожидая моего ответа. Она принялась запахивать полы халата, затянула верёвочки, но когда попыталась сделать за спиной узелок, они выпали из её непослушных от волнения пальцев.
— Очень, Лис… — сказал я Алисии на ухо, помогая завязать халат. — Мне так приятно, что ты заботишься обо мне. Из медблока меня забрала, одежду принесла, ужин приготовила… даже если ты это делаешь, чтобы я на тебе женился…
— Матео… — она пошла на кухню, достала красивые бирюзовые тарелки из плотного пластика. — Я не идиотка, понимаю, что ты не можешь жениться на мне… тем более сейчас… Просто мне бы этого хотелось. Помнишь… В минуты отчаяния только глупость и держит на плаву. Если ты женишься на мне, я увереннее бы чувствовала себя здесь. Что я не одна.
Она осторожно положила на тарелку кусок мяса, и от сладковатого аппетитного запаха, я чуть было не сказал, что тоже хочу жениться. Не сказал, но задумался. А ведь как бы хорошо было, если бы мы с Алисией стали парой…
— Завтра мы с Троем улетаем… — выдавил из себя я, накалывая на вилку кусок индейки. — Сейчас у меня даже кольца нет, Лис… Когда я вернусь, я сделаю тебе предложение.
— Правда?
— Правда…
Я вдруг ощутил, что хочу скорее вернуться с Броссара. Хочу найти кольцо. Даже появилась забавная мысль сделать его из чеки гранаты. Хочу стать первым и единственным мужчиной этой женщины. Желание становилось всё острее и острее по мере того, как я жевал кусок мяса. Какое же оно было вкусное! Я замычал в голос.
Поднял на Алисию взгляд. Она тоже села за стол и грациозно принялась за еду. Нож в её руке бесшумно резал мясо на мелкие кусочки, тогда как я запихивал в рот огромные шматки.
Светло-русые пряди выбились из её идеальной причёски, пока она тёрлась затылком об диван, нанизываясь на мои пальцы. Но такой вот немного растрёпанной Алисия выглядела ещё красивее. Может, потому что казалась расслабленной и довольной. Это её мой язык осчастливил или то, что я всё-таки сказал, что сделаю предложение?
Хотя в любом случае мой язык. Я улыбнулся. Как же сладко она мне отдалась. Просто без остатка. Алисия улыбнулась в ответ. От её улыбки на душе становилось теплее, и я желал, чтобы улыбка держалась на её лице подольше. Это было странно. Я не ощущал какой-то мучительной тяги, нестерпимого желания всё время тискать Алисию, как у меня было с Кали. Особенно вначале отношений. Мои чувства сейчас казались куда спокойнее и мягче.
Дожевав очередной кусок мяса, я отложил вилку:
— Не знаешь, где мой комлинк?
— У меня, — она вышла с кухонной части в зал и вернулась оттуда с прямоугольником устройства и магнитными креплениями к нему. — Мне его отдали в медблоке, когда тебя раздели.
