При этом я смотрел на её руки, надеясь, что она хоть что-то объяснит мне жестами. И она показала, ударив указательным по мизинцу. Это значило «мой выход» и «всё под контролем» Что она этим хотела сказать? Работает под прикрытием? Самовольно решила? Или это было залогом выживания…
Следом за ней вышел знакомый мне парень — Винсент Лякриян. И выглядел он каким-то осоловевше счастливым, будто… Я не хотел думать, что между ним и Кали что-то было, но эта мысль так и просилась.
— Рад, что ты жива, Кали, — сказал я. — Только что? Ты решила переметнуться?
Кали бросила на меня ироничный взгляд, но не ответила.
— Не будем бросаться громкими словами? — Арес улыбнулся. — Назовём это слаживанием. Возможно, в дальнейшем нам не один десяток лет работать вместе. Кали будет под моим патронажем.
— Вашим заложником, хотите сказать? — проговорил я, настороженно глядя на Кали.
— Ну кто там у кого в заложниках, я не знаю, — он смерил сына пытливым взглядом.
И я тоже посмотрел на него. Он… он, твою мать, выглядел оболваненным наркоманом. Или влюбленным. Рубашка его была помята, воротник немного перекосило.
— Кали будет работать у меня, присматривать за мной, если хотите, — добавил Арес. — Она вправе докладывать вам, мистер Родригес.
Он протянул мне коммуникатор. Пространство позади Ареса снова как-то странно дёрнулось. Будто воздух над костром. Что это?
— Настройте на нужную частоту и отдайте ей.
Я взял девайс, поднёс к своему коммуникатору и синхронизировал их. Но взглядом следил за другим концом коридора. Там снова был легкий сумрак, в который иногда врывались служащие станции и официанты, несущие подносы с едой в приёмный зал.
Я отдал коммуникатор Кали, спрашивая глазами, уверена ли она. В ответ получил кивок. Только я хотел попросить Лякриянов оставить нас наедине, как из переговорной, куда зашли Матео с Алисией, раздался… взрыв.
— Майор, у нас пробле…, — в динамике коммуникатора я услышал голос брата, и дальше только шум, будто связь заглушили средствами радиоэлектронной борьбы.
Я ринулся в переговорную, за мною поспешила Кали и двое охранников. Только дверь оказалась загерметизирована.
По лицу чиркнули щепки разлетевшегося от взрыва деревянного стола. Заострённый кусок столешницы метил Алисии в живот. Я едва успел заставить её пригнуться. В ушах звенело. На спину хлынула волна ледяного озноба.
С резким хлопком загерметизировалась дверь, за которой стоял Сантьяго.
Что, твою мать, происходит? В ноздри забились запахи жжёного пластика и сгоревшего дерева. Я попытался включить комлинк, передать брату сигнал сос, но не успел. Связь заглушили. Послышались шаги. Я затащил оцепеневшую Алисию за огромную тумбу.
Судя по звукам — противников двое. Я ощущал, как громко билось сердце Алисии. Её мягкие волосы путались в моей щетине на подбородке. Мы сидели пригнувшись, и я считывал обстановку, соображая, что делать.
Хорошо. Двое лучше, чем трое. И судя по тому, что враги сразу не кинулись к нам, не заметили. Плохо, что это вопрос пары секунд.
Чуть выглянув, я заметил две ступни. И о, радость, они не были в бронированных сапогах.
— Мисс Алисия Пикк… — произнес хриплый мужской голос, и его обладатель подступил к нам, но тут же осекся, когда я толкнул ему в ноги заострённый кусок столешницы.
Послышался ор, кусок точно вонзился в щиколотки. Секунда. Та же самая секунда. Я выскочил из-за укрытия, как смертоносная тень. Свернул противнику шею. Второй начал палить из бластера, а я укрылся за телом. Оттолкнул его на врага, прыгнул за тумбу, стреляя отобранным у жертвы оружием.
Ещё секунда.
На пол грохнулось тело врага. Очень приятный звук. Только я подумал, какой я прекрасный боец, как услышал крик Алисии.
Откуда-то взялся третий. Он схватил её, перебросил через плечо, и потащил в проход, который образовался в стене от взрыва. Твой-йю мать! Чтоб тебя. Они скрылись в темноте проёма. Я ринулся за ними в узкий коридор технической ниши.
А ведь ещё недавно я расстраивался, что мне подсунули эту девицу. Трой-то точно вздохнет с облегчением: больше не нужно с ней нянчиться. Ну зачем я несусь за Алисией, как сумасшедший?
Похититель бежал при помощи экзоскелета, вмонтированного в костюм. Я слышал жужжание крошечных моторов. Расстояние между нами неумолимо увеличивалось.
Я мчался на пределе возможностей. Надо выжать из себя ещё! Гулкие звуки ударов ботинок о железный пол ввинчивались в уши. Надо выжать ещё! Стрелять слишком опасно, можно попасть в Алисию.
Что, если это люди Гомера пришли за Алисией, чтобы доставить на Альфа Центавра? Опять. Гомер мерзкий. Не успокоился.
На Альфа Центавра смерть для Алисии покажется наградой. Перед глазами всплыла картина, как чья-то большая грязная рука дергает Алисию за плечи, разрывая платье. Обнажая перед всеми девушку. Грудь, живот. Я воочию видел наполненные ужасом и слезами глаза. Её бы ещё в распределителе разорвали на части. Девушку, которая поцеловалась-то сегодня в первый раз.
Эти мысли заставили меня прибавить ходу. Не обращать внимание на жжение в мышцах, резь в лёгких. Всё равно похититель бежал слишком быстро, унося Алисию.
