Тут уж оставалось лишь гадать, перегрузили их в открытом море на другое судно или отправили на дно, решив не задерживаться в порту дольше необходимого. Наверное, имел место всё же первый вариант, поскольку босяки говорили о сделке между их старшими и урядником как о деле решённом, при этом о вывозе груза с территории порта не обмолвились и словом.
— Никто яхтой не интересовался? — спросил Франт, когда оказались завершены все формальности с проверкой трюма, оформлением прав на судёнышко и передачей его скупщикам.
— Никто, — качнул я головой.
— Смотрим в оба! — объявил тогда урядник, и пластуны начали проверять оружие.
Некоторое время спустя мы погрузились в два заехавших на пристань экипажа и покатили прямиком на железнодорожный вокзал. К вечеру были уже в лагере.
Моя доля за рейд составила триста пятнадцать целковых. Несусветные деньжищи за четыре дня работы, пусть даже и пришлось рисковать головой, но Хомут оказался этой, как он выразился «подачкой», попросту взбешён.
— Две сотни? — прошипел младший урядник в лицо Франту. — Мои две доли потянули только на двадцать червонцев⁈ Да ты издеваешься!
— Угомонись, Хомут! — потребовал Седмень, в присутствии которого и происходил окончательный расчёт.
— Что значит — угомонись? Сколько покупатели золота с собой привезли, а? Плюс стоимость яхты, плюс деньги за патроны…
— Прикуси язык, пока тебе его не отрезали! — вмиг вызверился Франт.
— Вместе с головой, — добавил наш ротный, также присутствовавший при этом разговоре.
Хомут в сердцах плюнул и убрался из барака, Край последовал за ним, а вот меня Седмень придержал. Мы вместе вышли на улицу, и я совсем уж было решил, что урядник вознамерился наложить лапу на мою долю, но речь тот завёл совсем о другом.
— Франт сказал, колдун из тебя аховый. Мол, едва не прирезали на ровном месте. Это не дело.
— Да он-то что в этом понимает⁈ — окрысился я.
— Не ерепенься! — потребовал урядник. — Я и с Клювом на этот счёт потолковал. Всё то же самое и от него услышал.
— И?
— Нянчиться с тобой у нас некому, нянчиться с тобой должны были в школе. Но и терять лекаря не хочется.
— Так я занимаюсь!
— Ерунда! — отмахнулся Седмень. — Нужен опыт реальных схваток, когда действовать приходится через силу. Ядра-то у тебя нет!
Я обдумал услышанное и уточнил:
— И где мне этот опыт взять?
— Червень готов позаниматься, но забесплатно он тратить своё время не намерен. Надо будет ему заплатить. Думаю, десятка в седмицу — не такие уж и большие для тебя деньги. Ну а нет, так нет.
Сомневался и колебался я недолго. Да и чего тут сомневаться? В школе на одно только питание в седмицу больше уходило.
Урядник принял у меня золотую монету и заявил:
— Сразу за месяц вперёд плати.
Но тут уж я покачал головой.
— После первого занятия решу, стоит ли оно того.
Настаивать урядник и не подумал, лишь уточнил:
— Свою долю на погашение долга внесёшь?
— Собираюсь, — подтвердил я.
— Правильно, — одобрил это моё намерение урядник. — Я тебе больше скажу: иди-ка ты в канцелярию прямо сейчас. А как вернёшься — проставься, не жмотничай. Хвастаться не хвастайся, но всё же упомяни о том, куда деньги ушли. А то люди у нас разные. Мало ли…
Совет был не лишён смысла, я поблагодарил за него и вскоре заполучил в свою расчётную книжку отметку о досрочном внесении трёх сотен целковых. Увы и ах, вознаграждение было неофициальное, пришлось раскошелиться ещё и на комиссию торгашам.
Но — плевать! Больше трети долга закрыл, а времени не так уж и много прошло. Такими темпами к лету не просто по всем обязательствам рассчитаюсь, но ещё и неплохой капиталец сколочу и вернусь в Поднебесье состоятельным человеком.
Плохо разве? Эх, мечты-мечты…
Дальше всё пошло по накатанной. Выбирался в лес, патрулировал границы изрядно обмелевшего омута, отрабатывал боевые арканы и возился с отдельными элементами абриса, в частности начал готовиться к прожигу новой пары исходящих меридианов — тех, которые тянулись от верхнего и нижнего узлов оправы непосредственно к левой и правой ключицам.
А вот в тренировках с Червенем ничего «накатанного» не было вовсе. Если первый раз он занимался со мной единолично, то дальше начал дополнительно подтягивать кого-то из тайнознатцев — обычно опытных вояк, но иногда привлекал и новичков. Даже Дарьян как-то в моём обучении поучаствовал.
— У всех разные арканы и своя собственная манера колдовать, — пояснил Червень. — Да и в бою каждый действует по-особенному. Надо быть готовым ко всему, даже к откровенной глупости!
И пусть дело и не доходило до полноценных поединков, приходилось мне на занятиях несладко. Если сам я бил по мишеням, которые прикрывал защитными барьерами Червень, то он с помощниками лупил боевыми чарами непосредственно по мне. Да — ничего действительно серьёзного в ход не шло, но час напролёт отмахиваться от сменявших друг друга соперников я не наловчился даже к концу месяца. Приходилось буквально разрываться, отбивая чужие чары и одновременно атакуя свои цели. Небесной силы и на то, и на другое катастрофически не хватало.
