В начале 1967 года мои друзья познакомили меня с молодым ученым, работавшим в Институте химической физики АН СССР. Звали его Дмитрий Пащенко. Мы как-то очень быстро сдружились. Он познакомил меня со своими коллегами тоже молодыми учеными. Некоторые из них уже имели степень кандидата наук. Я часто приглашал их на свои спектакли, а они меня на свои интересные вечера и вечеринки. Дима с детства был хорошо знаком со знаменитым ученым физиком-ядерщиком Георгием Николаевичем Флёровым. Его называли одним из отцов нашей атомной бомбы. Очень долгое время Георгий Николаевич был засекречен. У него была масса званий: он был академиком, Героем Социалистического труда, дважды лауреатом Сталинской премии и лауреатом Ленинской премии. Позднее, в честь Георгия Николаевича за заслуги его перед наукой, недавно открытый 114 элемент таблицы Менделеева был назван Флеровий. И в Москве одну из улиц тоже назвали «улица Академика Флёрова». Через Диму и я тоже познакомился с Георгием Николаевичем. Он пригласил нас с Димой к нему в Дубну, где он жил и работал.
И вот мы поехали в город Дубну. Жил Флеров в небольшом особнячке, конечно, со всеми удобствами (тогда за городом это было редкостью). Мы там пробыли около 10 дней. Было лето, и мы ходили купаться на Волгу. (Дубна стоит в верховьях Волги). Но главное, по вечерам были очень интересные беседы с Георгием Николаевичем. Это был очень интересный, очень мягкий, интеллигентный человек, говоривший тихим, спокойным голосом. Никогда он не навязывал своего мнения. Но за ним чувствовалась такая сила знаний, что рядом с ним я ощущал невольную робость. Он нам много рассказывал интересных историй. Позднее, Георгий Николаевич с удовольствием приходил ко мне на спектакли, т. к. во время его засекреченности, он не мог себе позволить такое удовольствие. Как-то раз, уже зимой, мы с Димой и его женой, еще раз приехали к Георгию Николаевичу. И там мы придумали новый вид лыжных катаний. У Димы была «Волга». Мы к ней цеплялись на длинных фалах и ездили за машиной на лыжах. Конечно, мы не ездили по загруженным дорогам. Нет, мы нашли в поле дорогу, довольно укатанную, но без автомобильного движения. Во всяком случае, пока мы там катались, нам не встретилось ни одной машины. Мы с Димой менялись, кто за рулем, а кто гоняет на лыжах. Скорость доходила до 40 км/час. Дух захватывало, но было здорово.
19 марта 1967 г. В Кремлевском дворце съездов состоялся авторский вечер Т. Н. Хренникова. Вместе с солисткой Большого театра Заслуженной артисткой РФ Э. Е. Андреевой мы исполнили всю четвертую картину из оперы «В бурю», в том числе и «Колыбельную Леньки». Оркестром Всесоюзного радио и телевидения в то время руководил дирижер Юрий Аранович.
