Однажды в мае в коридоре театра меня встретил наш заведующий оперной труппы театра А. И. Орфёнов. Он спросил меня, свободен ли я в данный момент. На мой утвердительный ответ, он предложил мне поехать в Министерство культуры в кабинет заместителя министра культуры Кухарского Василия Феодосиевича. Там какой-то инженер принес новый, изобретенный им, музыкальный инструмент. Его надо опробовать и дать оценку. Анатолий Иванович попросил меня взять с собой какие-нибудь ноты, возможно надо будет спеть под аккомпанемент этого инструмента. Хорошо, сказано – сделано. Я направился в Министерство культуры. Тогда оно располагалось на улице Ильинка напротив Министерства финансов СССР. Меня пропустили, и я вошел в кабинет к Кухарскому. Там уже присутствовали зам. директора нашего театра Венедикт Александрович Бони и Начальник музыкальных учреждений Министерства культуры Завен Гевондович Вартанян. Немного в стороне стоял уже не молодой человек и чего-то ждал. Когда все собрались, Василий Феодосиевич представил нам изобретателя нового, совершенно не похожего на других, музыкального инструмента. Кухарский сказал, что наша задача, оценить этот инструмент и пригодность его к эксплуатации. Позднее я узнал, что это был известный ученый – электронщик Лев Сергеевич Термен. Он изобрел новый электронный инструмент, который и назвал Терменвокс. Какой там был принцип работы я не знаю, знаю только, что от движений руки, просто ладони Льва Сергеевича, издавались разные по высоте звуки. Можно было даже подобрать мелодию. Но дело в том, что играть на нем можно было только медленные произведения, т. к. быстро двигать ладонью невозможно. Кроме того, звук был очень специфический, прямой, без вибрации, и тембр не очень интересный («электронный»). Никаких нюансов на нем сделать было невозможно. После прослушивания Василий Феодосиевич бросил фразу: «А все-таки, гармонь лучше». В молодости он сам был профессиональным гармонистом, поэтому понятна была его привязанность к этому инструменту. Конечно, я с ним был согласен. У гармони и звук более красивый и живой, и возможно делать нюансы, да и виртуозы исполняют на гармони произведения в очень быстром темпе. Так что путевку в жизнь этому инструменту комиссия не дала.
Я много ездил на гастроли в самые разные города Советского Союза. География моих гастролей распространялась от г. Львова на западе, до г. Якутска на востоке. Я многократно бывал во всех столицах восточных наших республик. Нет, вернее сказать, что я вообще пел почти во всех столицах наших республик, кроме Киева и Ташкента. Каждый год у меня был сольный концерт в Большом и Малом зале филармонии в Ленинграде (тогда еще не переименованном). Сольные концерты бывали и в Москве.
