– Арин. Мне жаль, что ты подверглась нападкам Керн-ит-Ирта. Он не умеет видеть так, как я, и, хоть и понял, что ты не просто человек, не распознал в тебе высшую кровь. Керт всего лишь итлунг, пусть он и маг, но его магия никогда не сравнится с нашей. Мне стоит покоситься в его сторону, и ты будешь навсегда избавлена от беспокойства на его счёт. Забудь о нём. Главное – ты пришла ко мне, вернулась в Храм своих предков, чтобы занять подобающее тебе место. Ты принадлежишь особенному клану – клану истинных правителей Авендума, в отличие от тех, что посажены нами в Эрлинге. Керт знает, в чьих руках настоящая власть. Пусть себе тешится, сажая на трон приглянувшегося ему лорда вместо того, который ему не угодил, тем более, когда он действует и в наших интересах. Для тебя он всего лишь нечто вроде паука, чью паутину в углу терпят, пока она помогает избавляться от других, более досадных насекомых.
– Керт – убийца, – нахмурилась я. – Он дважды пытался убить ни в чём перед ним не повинного наследника, не щадя при этом случайно подвернувшихся свидетелей!
– И что с того? – устало качнула головой Тара. – Какое дело Высшей до очередного отпрыска лорда-повелителя? Или до совершенно посторонних людей? Какая разница, Одри-ир-Рии либо Альг-ан-Реэн будут восседать во дворце Эрлинга и чванливо раскланиваться с подданными? Настоящие правители здесь, – она обвела вокруг рукой, – в этом месте. Я открою тебе всё, что знаю, Арин, и тогда ты поймёшь, почему так важно, чтобы сын Дирина поскорее умолк навсегда…
– Погоди, – перебила я её. – Получается, это по твоему указанию Керт жаждет убить людей, чьё преступление лишь в том, что они узнали о существовании некой древней тайны в нашей истории?
– Ты не представляешь, о чём говоришь! – повысила голос Тара. – Эта тайна оберегалась веками – для нашей же пользы! По сравнению с ней несколько жизней значат ничтожно мало! Забудь о своих случайных попутчиках, Арин! Сколько вы знакомы – два, три, четыре дня? Не могла же ты к ним привязаться за такой короткий срок! К девушке, которую называешь сестрой, это, конечно, не относится – ей я сохраню жизнь, при условии, что она никогда не покинет пределы Храма. Но с твоей стороны будет благоразумнее забыть и о ней. У вас не может быть ничего общего. Тебя ждёт иная, великая судьба. Вот увидишь, через несколько лет ты вспомнишь всю эту историю как забавное приключение, вознёсшее тебя к величию.
– Я подумаю, – зевнула я, – обязательно подумаю, Тара. А сейчас дай мне поспать. После ванны меня клонит в сон.
– Отдыхай, моя девочка. Что бы ты ни думала, ты здесь под моей охраной и в безопасности. Старая Тара сумеет позаботиться о тебе.
Она погладила меня костлявой рукой по волосам – ни дать ни взять любящая бабушка, – и вышла.
Когда я убедилась, что она действительно ушла, я зарычала от ярости. Вот они, легендарные Высшие! Подлинные властители Авендума! Хладнокровные убийцы и обманщики! Нет, я точно не из их племени! Я рождена человеком и, честное слово, никогда не гордилась этим так, как сейчас. Может, мы, люди, и обладаем множеством недостатков, но я не знаю никого, кто был бы способен хладнокровно убить двух ни в чём не повинных человек – просто чтобы сохранить какую-то тайну.
Какую-то тайну…
Я задумалась. Неужели то обстоятельство, что итлунги не владели Авендумом, как это принято считать, настолько важно для Высших? Важнее человеческих жизней? Лицо Тары, говорящей о давней, тщательно оберегаемой тайне, было неподдельно серьёзным. Очевидно, ей действительно небезразлично, кто первым пришёл в Авендум. Но почему? Как связаны Высшие и Свиток? Присев на краешек кресла, я сцепила пальцы и начала перебирать немногочисленные известные мне достоверные факты.
Людей в Авендум призвал итлунг. А итлунгов – человек по имени Рион. Затем всему населению мира исказили память. Итлунгов начали считать исконными хозяевами Авендума, править миром стал род итлунгских королей с постоянно меняющимся цветом глаз. При этом истинными властителями являлись Высшие. Женщины обособленного клана, ясновидицы, целители и маги, чьим мужчинам была отведена единственная роль: продолжать их род и беречь от опасностей. Затем алчущий бессмертия маг истребил их мужчин, обрекая Высших на медленное вымирание. Здесь им не помогло ничто, и во всём мире осталась лишь Тай-ал-Лара, каким-то образом связанная с таинственным персонажем из Пророчества, итлунгом, магом и властолюбцем. И этот тип любым путём готов заставить молчать юного лорда Эрлинга, на свою бедовую голову нашедшего в пыли королевской библиотеки Свиток, случайно не уничтоженный с остальными документами. И над всеми этими хитросплетениями – мирцри, существовавшие всегда и ни разу не проявлявшие себя открыто. Божества Леса, никогда не претендовавшие на эту роль, к которым никто во веки веков не приближался из благоговейного страха… или…
Или потому, что нам внушили держаться от них подальше? Как внушили превосходство итлунгов?!