Весь вечер маркграф общался с бывшими пленниками и понял, что пользы в дальнейшем путешествии от них не будет, так как большинство из них были истощены и выглядели, словно обтянутые кожей скелеты. Грайден хотел оставить их тут, но маркиза предложила привести страдальцев на прием к королю. Он сможет воочию убедиться в беззакониях, творимых на его земле. Из арсеналов замка были извлечены доспехи аристократов и выведены их кони. Разумеется, этот необходимый минимум маркграф преподнес освобожденным пленникам совершенно безвозмездно.
Пока Грайден и Ортелла проводили беседы с рыцарями, Арина и братья амазонки находились за спиной маркграфа. Старик попросил духов-хранителей допустить его внуков хотя бы до наблюдения за разговором. Тристан и Кораций объяснили, что давно позволили Горотару и Гирадору смотреть их глазами. И что самое удивительное, братья амазонки были даже рады тому, что у них такие сильные духи-хранители. Родной брат Никалии Горотар отличался взрывным характером, что соответствовало нраву Тристана. Гирадор был более рассудительным и менее подверженным вспышкам ярости. Видимо, судьбой было так предначертано, чтобы его хранителем стал Кораций. Но во время боя с десятком баронета оба рвались вперед и едва не захватили управление телами.
Слушая как под копирку истории плененных рыцарей, Арина не могла понять, как в этом жестоком мире могла существовать наивность у, казалось бы, таких опытных воинов. Как можно было довериться барону и прийти в его замок, полный вооруженных ратников. Что может один, пусть даже сильный и умелый, мечник против десяти массивных мужчин? Если кто-то из рыцарей начинал сопротивляться, его зажимали щитами и били по голове. Ну а самые наивные аристократы садились за стол и утром просыпались в темнице.
Один день они потеряли на сборы, и наконец колонна продолжила путь в столицу. Бывшие пленники держались поближе к маркграфу, и кое-кто даже принес ему вассальную присягу. Арина в рыцарские дела не вмешивалась, потому что ей это было не интересно. Она скакала верхом и размышляла о вечности. Иногда к ней и Никалии подъезжал Корс – оруженосец маркграфа и пытался вести разговоры о методах тренировок благородного Арина. Кстати сказать, Арсен проиграл пари, так как его ученица не смогла снести десять голов в бою. И то, что стражники баронского замка почти сразу сдались на милость победителей, ничего не значило. Десяти голов нет, а значит, пари проиграно. Грайден потешался над Арсеном, а тот грозил выпороть нерадивого ребенка. На вопрос Корация, почему тот не хватается, как раньше, за тапку, Арсен ответил: «После тапки можно было продолжить наказание в постели, а ребенка я воспринимаю обычным ребенком». Арина даже не знала, обижаться ли ей на такое заявление или относиться к нему как к комплименту.
Очень скоро их колонна доскакала до главной водной артерии королевства и приблизилась к большому городу Кортар. Посередине широкой реки лежал остров, на котором возвели высокие стены. Изначально именно тут находилась резиденция короля, но со временем династия сменилась, и столицей стал другой город, расположенный в устье великой реки Суролтарии. От Кортара до Суролтара удобнее добираться по воде. Для этого нужно нанять небольшое судно у причалов и спокойно продвигаться вниз по течению. Город на острове был большим, но там проживали только аристократы. Остальные жители селились в предместье, расположившемся вдоль берегов. Серьезных стен там не было, так что при нашествии противника была вероятность полного разграбления местного населения. Крупные торговцы ставили высокую ограду вокруг кварталов, и стражники несли постоянную службу, обходя территорию по периметру. Правил в Кортаре герцог Валигор ла Крольте́льт, главный соперник Луикора ла Легорхе́льт, отца нынешней королевы.
Маркиза рассказывала о тонкостях внутренней политики королевства, а маркграф только качал головой. Много лет назад он захватил много городов мятежных аристократов и прекрасно помнил, что отец нынешнего правителя Кортара вышел к нему с дарами и искренними заверениями в преданности короне. А до западных земель он даже не дошел, так как старый герцог ла Легорхе́льт сам прибыл в ставку Кровавого Жнеца мириться. Грайден взял с него клятву верности, но без магической составляющей любые самые искренние заверения в дружбе – пустой звук. Теперь маркграфу предстояло решить, ехать ли ему во дворец герцога ла Крольте́льт или сразу отправиться на пристань в поисках корабля до столицы. Маркиза рекомендовала заручиться поддержкой герцога, так как он являлся главным соперником аристократов западной партии.
– Арсен, что скажешь? – поинтересовался Грайден.
Тот пожал плечами и, почесав ногтем большого пальца бровь, сказал:
