«Ты, конечно, видел кожу животного или нечто другое подобное, наполненное водою. Если его слегка опорожнить и чуть наполнить, то эйдос (εἶδος) всегда являет себя тем же (τὸ εἶδος τὸ αὐτὸ δείκνυσιν). Ведь каково охватывающее (περιέχον), такую форму с необходимостью принимает и то, что внутри него (τὸ ἐντὸς σχηματίζεσθαι). Пусть некто добавляет столько же воды, сколько выливается, не допуская бурдюку (ἀσκὸν) полностью опорожниться (ἀθρόως κενωθῆναι). Прибавляемое (τὸ προστιθέμενον), хотя и не таково же, но по необходимости являет себя подобным (οἷον) прежнему, поскольку во время прибавления и убавления воды охватывающее пребывает тем же (διὰ τὸ εἶναι καὶ τὸ περιέχον τὸ αὐτὸ).
И если кто захочет уподобить (ἀπεικάζειν) этому тело, то не застыдится. Ибо таким же образом и разная плоть, принимаемая взамен изверженной плоти (σαρκῶν), изменяется (μεταβαλοῦνται) в форму охватывающего эйдоса (εἰς τὸ σχῆμα τοῦ περιέχοντος εἴδους). То, что разойдется по глазам, становится сходным (ἔοικεν) с глазами, что по лицу, то с лицом, и что по другим частям, то уподобляется им.
Поэтому каждый являет себя (φαίνεσθαι) тем же самым, и нет в нем разной плоти в качестве первых подлежащих, но есть эйдос, сообразно которому формируется то, что поступает в тело.
Итак, если мы даже в течение немногих дней не бываем не бываем одними и теми же относительно тела, а только по эйдосу, который в теле (τῷ εἴδει τῷ ἐν τῷ σώματι), так как он один устойчив (ἕστηκεν) в нас от рождения, то тем более тогда [при воскресении] мы не будем теми же по плоти, но только по эйдосу, который и теперь всегда сохраняется в нас и пребывает [неизменным]. Ибо что там кожа [бурдюка], то здесь эйдос, и что в приведенном сравнении вода, то здесь прибавление и убавление (τὸ προσγιγνόμενον καὶ ἀπογιγνόμενον) [плоти].
Посему как теперь, хотя тело не остается одним и тем же, но особенность (ὁ χαρακτὴρ), связанная с тождественностью формы (κατὰ τὴν αὐτὴν μορφὴν), сохраняется одной и той же, так и тогда, хотя тело будет не то же самое (οὐκ ὄντος τοῦ σώματος τοῦ αὐτοῦ), —
Формула «возросший эйдос» здесь — это эхо рассуждений Александра о том, чтó именно является «возросшим». Более того, весь приведенный отрывок является сводкой рассуждений Александра Афродисийского о питании и росте живого организма.
