Паника, страх, взрослые закричали: плыви назад! Девочка и впрямь могла захлебнуться от страха. Разумеется, у муляжа никаких ядовитых щупалец нет, но ведь ребенку это неизвестно. А у страха глаза велики… особенно если ему уже рассказали жуткие истории про «португальский кораблик»… И в нужный момент под водой оказался Олег… Подхватил девочку и утянул подальше…»
– Вот так мне все представилось, Реми, – поделился Алексей соображениями.
– Жуткий сценарий.
– Но вполне реальный. Не так ли?
– Она нас подстерегла, – произнесла Анжела в телефон-раскладушку. – Она следила за мной и увидела тебя. То есть как мы с тобой…
– Черт. И что теперь?
– Она меня шантажирует. Деньги вымогает. Грозится папочке рассказать.
– Мало ли какой бред ребенок несет! Твой хахаль ей не поверит.
– Олег, эта мелкая совсем не дура. Стерва законченная, несмотря на юный возраст, и хитра не по годам. Она выцыганила у папочки фотик и сумела нас с тобой заснять. Прямо в разгар поцелуя.
– А вот это плохо… Анж, надо нам быть поосторожнее. Иначе твой брак снова сорвется. И ты останешься без денежек.
–
– Ну, не встречаться какое-то время…
– А потом у нас долго не будет возможности видеться.
– Так овчинка-то стоит выделки, Анж. Разве я не прав?
– Если б я не знала тебя так хорошо, то могла бы и поверить, что ты готов со мной расстаться, – усмехнулась Анжела.
– Ладно, не готов, – хмуро ответил Олег. – Ты знаешь, как я к тебе… Лучше тебя бабы не знаю. Но и без бабок жить я тоже не готов.
Анжела мелодично рассмеялась.
– Получается, либо баба, либо бабки?
– Ну не знаю, Анж. Как-то так выходит.
– Так если мы расстанемся, милый, неужто я буду продолжать тебе бабки давать? Как ты думаешь?
– Думаешь у нас ты. У тебя голова, у меня – головка, – и Олег заржал.
Самое смешное, что в словах его содержалась сермяжная правда. Простой, даже примитивный, Олег, однако, любовником был выдающимся. Высокий, с мощной грудной клеткой и широкими плечами, узкими бедрами, длинными стройными ногами и фаллосом, размерам которого позавидовал бы даже герой порноэкрана. Но не только физическими параметрами был Олег хорош. Самое потрясающее в нем – идущая из глубин его подсознания, из недр его хромосом нежность. На плотском, животном уровне. Он, как котенок, постоянно испытывал потребность в физической ласке. Ему было необходимо касаться, гладить, целовать, лизать, мурчать, тереться телом, шеей, щекой, губами о любимую женщину. Он обнимал ее так, будто заключал в свои большие руки величайшую драгоценность мира. В постели с ним Анжела ощущала себя в раю. Евой, впервые сорвавшей запретный плод. Сладкий плод, ох сладкий. И за пределами этой сладости, за границами этого рая не существовало ничего: Олег запечатывал его прочным кругом своих сильных ласковых рук.
Анжела за свою жизнь познала близость со многими мужчинами, но ни один не мог сравниться с Олегом. Откуда только в этом простом парне взялись умение ласкать, чуткость, желание дарить партнерше абсолютное наслаждение. Было даже удивительно, что он русский: ей всегда казалось, что толк в этом деле знают кавказцы и евреи, а вовсе не белобрысые парни из среднерусской полосы.
Анжела знала, что Олег тоже высоко ценил ее как любовницу. Может, даже любил, насколько умела его простая душа. И еще он любил деньги, которые Анжела постоянно подкидывала ему от щедрот своего очередного мужчины.
Иногда Анжеле казалось, что ее он любил все-таки больше.
Но такие мысли, попытки сравнения, никакой пользы не приносили. Зачем докапываться, кто чего больше? Олег много лет был рядом, даря ей свою великолепную нежность, так похожую на любовь…
– Я посоображаю, Олежка, – быстро проговорила Анжела и отключилась, поскольку в поле зрения появился ее жених, Франсуа Дюваль. Точнее, пока не жених, но Анжеле очень хотелось, чтобы он действительно им стал. Однако Франсуа все еще присматривался к ней. А его дочка, девятилетняя Соланж, будь она неладна, изо всех сил старалась навредить Анжеле. Она устраивала истерики при одном появлении в поле зрения потенциальной мачехи и встречала в штыки любое предложение, высказанное Анжелой, будь то милейшая идея прогуляться в зоопарке или пойти в кафе поесть мороженое.
Когда Франсуа загорелся идеей отправиться в небольшой круиз на Балеары, Анжела согласилась крайне неохотно, представив, какая жизнь ожидает ее с малолетней стервой в замкнутом пространстве яхты. Однако деваться было некуда, и, сладко улыбнувшись, Анжела сказала: «Отличная мысль, любимый!»
Она видела, как при этих словах посмотрела на нее Соланж. И поняла, что та сделает все, чтобы отравить ей этот вояж.
Первым островом была Ибица.
