Это случилось в июне, то ли на седьмую, то ли на восьмую неделю их пребывания в Коста-Рике, и на вторую — мирной жизни в маленьком домике южнее Доминикаля, стоящего, как и хотела Беатрис, почти у воды. Чуть выше, чтобы не заливало, но совсем рядом, и через распахнутые окна они слышали шум прибоя. До ближайших соседей метров четыреста, до ближайшего поселения — почти три километра, и тишины, о которой они мечтали, в их убежище оказалось столько, что Орку и Беатрис стало не хватать людей. Шумные туристы, расслабленные уличные музыканты, лавочники, рестораторы, зазывалы — взгляды, голоса, обрывки песен, урчание двигателей: они стали скучать по тому, от чего бежали, и вечерами обязательно выбирались в какое-нибудь заведение. Из-за жары Беатрис всегда одевалась легко, но получалось дразняще: шорты или короткая юбка выставляли напоказ длинные ноги, майка или легкая блузка подчеркивали грудь, но местные ловеласы оказались опытными ребятами, правильно оценили не только красивую девушку, но и ее спутника, и ограничивались взглядами издалека. Тем более что благодаря "обложкам" вокруг не было недостатка в красивых длинноногих девушках в дразнящих, едва прикрывающих достоинства одеждах.
А приложения, позволяющие смотреть сквозь AR, в этих местах мало кто использовал — именно потому, что все хотели смотреть на красивых длинноногих девушек.
— Я придумала, что мы будем делать в августе, — жизнерадостно сообщила Беатрис, делая глоток "Маргариты".
— Так далеко я стараюсь не заглядывать, — попытался отшутиться Орк, но не преуспел.
— Через пару недель нам тут надоест, и мы поедем на юг, с остановками, разумеется, как мы любим, но все равно поедем. Пересечем Панамский канал и отправимся в горы. Я хочу побывать в Эквадоре, Перу и Боливии, хочу увидеть Мачу-Пикчу, Тиауанако и озеро Титикака. Ты со мной?
— А куда я денусь?
— Молодец, — одобрила Беатрис. — Я знала, что могу на тебя положиться.
— А захочешь — отправимся дальше, до мыса Горн, потом поднимемся в Рио и перезимуем в нем, — неожиданно предложил мужчина.
— Ты серьезно? — удивилась девушка.
— Почему нет? — пожал плечами Бен. — Время принадлежит нам.
— Да, — помолчав, кивнула Беатрис. — Время принадлежит нам…
И посмотрела на красные буквы над барной стойкой, которые складывались в опоясавшую мир фразу:
Даже здесь, в далекой, тихой и уютной Коста-Рике, людей делили по цифрам возраста, и ни у кого из посетителей они не превышали рокового значения "42".
Однако надпись привлекла внимание девушки ненадолго, Беатрис лишь скользнула по ней взглядом и сосредоточила внимание на настенном мониторе, подключив к нему аудиоканал своего чипа.
— Снова олдбаг? — тихо спросил Орк, проследив взгляд девушки.
— Женщина из Сиэтла.
Бен тоже подключился и услышал:
— …оружие принадлежало бывшему мужу и поэтому не было изъято полицией после того, как член семьи достиг "возраста suMpa", — рассказал диктор. — Взорвавшись, миссис Дэвидсон вскрыла сейф, взяла автоматическую винтовку, спрятала ее в коляске и отправилась в ближайший торговый центр, где открыла огонь по посетителям. По нашей информации, миссис Дэвидсон убила девять и ранила шестнадцать человек, прежде чем сама была расстреляна полицейским дроном.
Монитор заполнили "говорящие" видеокадры: залитые кровью коридоры торгового центра, разнесенные витрины, раненые и убитые граждане и хмурые полицейские. Кадры страшные и кадры… привычные. И от того еще более страшные. Репортажи о вспышках suMpa давно перестали вызывать ужас, превратились в обыденность и вызывали глухое раздражение неспособностью властей решить проблему.
— Поскольку WHO не дает ответа на вопрос, когда будет разработана вакцина, мы должны сосредоточиться на других способах противодействия вирусу, — продолжил диктор. — Будем откровенны: по мере распространения suMpa подобные случаи будут происходить все чаще, и правительство обязано разработать жесткие правила сосуществования людей и олдбагов.
— Как интересно, — не сдержался Орк.
— Что не так? — не поняла Беатрис.
— Он разделил людей и олдбагов.
— Что это значит?
— Пока не знаю, но признак нехороший.
— Э-э… — Она явно хотела продолжить разговор, но не успела: новый репортаж привлек их внимание.
— Стали известны подробности нашумевшей "Бруклинской перестрелки", случившейся вчера на Атлантик-авеню и попавшей во все мировые сводки новостей. Управление полиции Нью-Йорка официально подтвердило, что затеявшим стрельбу преступником оказался известный хакер Освальд Гарибальди, специализировавшийся на подделке "балалаек". Гарибальди отказался сдаться агентами GS и попытался скрыться, в результате инцидента его автомобиль взорвался и повредил не менее десятка других машин.
— Боже, — прошептала побледневшая девушка. — Освальд…
— Кажется, нам нужно уезжать, — протянул Бен.
— Сейчас?
— Ни в коем случае, — улыбнулся Орсон, отключая аудиоканал. — Сиди спокойно, но больше на коммуникатор не смотри. Забудь о нем. Мы посмотрели пару репортажей, не нашли ничего интересного и отвернулись.
