Кабинет Рудольфа находился в глубине здания. Прежде чем выйти на улицу, им предстояло миновать несколько коридоров и большой вестибюль. Все двери были закрыты, а свет выключен – видимо, этой ночью работа кипела только на втором этаже, где допрашивали Барбару. Стоило ли удивляться, что полицейские и судмедэксперты вышли ради неё в ночную смену? Это дело наверняка считалось резонансным, и следствие хотело поставить в нём точку раньше, чем пресса начнёт смаковать леденящие кровь подробности.
Рудольф включил мощный фонарик, который прихватил из кабинета, и первое, что увидела Барбара, – капли крови на полу. Кровавая дорожка тянулась по всему коридору, кое-где на стенах виднелись размазанные отпечатки ладоней. Кто-то был ранен и пытался спастись бегством. Девушка не сомневалась, что, пройдя по кровавым следам, обнаружит в конце растерзанный труп.
Рудольф и Барбара шли молча, прислушиваясь к каждому шороху, но в участке царила тишина. Возможно, мерзкий демон задержался наверху, пируя останками полицейских, – в том, что он ко всему прочему ещё и людоед, уже не оставалось сомнений. А может, готовил очередное эффектное появление. Больше всего Барбара боялась услышать не крики или выстрелы, а звук шарманки. Она точно знала, что, если каким-то чудом выживет, уже никогда не сможет без содрогания слушать этот инструмент.
Очередной коридор привёл Барбару и Рудольфа в тёмный вестибюль. Воздух пах скотобойней. Детектив повёл лучом фонарика вправо-влево, и Барбара почувствовала, как на неё накатывает дурнота. Её бы наверняка вырвало, да только в желудке ничего не осталось. Зажав нос и рот руками, девушка уставилась в пол, пытаясь успокоиться. Никакой маньяк при всём желании не сумел бы так изувечить людей – их словно вывернули наизнанку, вскрыв животы и грудные клетки, вытащив и разбросав по полу органы. Кого-то задушили собственными кишками. Здесь лежало четыре трупа, хотя на первый взгляд Барбаре показалось, что пол усеян мёртвыми телами.
– Дьявол, – пробормотал Рудольф.
Девушка кивнула. Да, похоже, этой ночью в полицейском участке распахнулись ворота в ад.
– Мне нужно на воздух, – сказала Барбара, чувствуя нарастающую слабость в коленях. Запах фекалий и крови проникал в лёгкие, как отравляющий газ. – Пожалуйста, уведи меня отсюда…
В этот момент в темноте что-то шевельнулось. Барбара вскрикнула и сделала полшага назад, а Рудольф резко переместил луч фонарика, осветив середину вестибюля.
Фрау Вернер считала, что ведьма обязана разбираться в анатомии и физиологии.
«Наша работа во многом напоминает работу врача, – говорила она. – Занимаясь целительством, ты должна знать, как устроен человеческий организм!» Благодаря этому её убеждению Барбара выучила, как работают основные органы. А ещё почерпнула массу общей информации о строении тела, например, что в нём находится примерно двести шесть костей и что кишечник достигает в длину семи-восьми метров. Сейчас последняя цифра сама собой всплыла в памяти, потому что с разбросанными по полу кишками что-то происходило. Они медленно вздымались над полом, как дрессированные кобры, заворожённые движениями дудочки индийского факира. Чья-то невидимая рука натягивала осклизлые, окровавленные жгуты, превращая их… Во что?
Барбара поняла, что будет дальше, секундой раньше, чем это случилось. Шарманщик в очередной раз сменил профессию и теперь пробовал себя в роли кукловода. А то, что когда-то являлось человеческими кишками, превратилось в нити, уходящие под потолок, в темноту. Рывок – и четыре трупа поднялись на ноги. Их движения были неловкими и угловатыми, из разодранных животов и вскрытых грудных клеток сочилась кровь. К ногам одного из полицейских упала его собственная печень.
– Держись за мной, – сказал Рудольф, поднимая пистолет.
Концы нитей крепились к запястьям, плечам, коленям и головам трупов. Барбара всё ждала, что сейчас из темноты зазвучит музыка, но это представление разворачивалось в гнетущей тишине. Подёргиваясь и раскачиваясь, марионетки двинулись на Рудольфа и Барбару. Раздался выстрел, и голова одной из них дёрнулась. Никакого эффекта – эти люди уже были мертвы.
Рудольф стрелял, и с каждым нажатием курка темноту разрывали короткие вспышки. Пули с чавканьем погружались в плоть, дробили кости, но марионетки продолжали приближаться. Они теснили Барбару и Рудольфа обратно в коридор, отрезая им путь на улицу. Когда в обойме закончились патроны, Рудольф отработанным движением перезарядил пистолет.
– Это бесполезно! – крикнула Барбара.
– Вижу! Назад, в коридор.
Марионетки двигались медленно. Кажется, они поднялись на ноги с одной лишь целью – не выпустить последних выживших из полицейского участка.
«Мне надо сдаться, – внезапно поняла Барбара. – Тогда, возможно, Шарманщик не тронет Рудольфа».
