— Ну почему же? Тут где-то у палатки пекарей я видал одного порядочного маэстру — клюв у него жёлтый, а перья — чёрные. Очень правильный мужчина, хоть и птица! Если мы найдём чёрного дрозда — то шансы наши кратно возрастут! Идём, Башмак, со мной, я покажу тебе, как решаются вопросы… — И гном вразвалочку пошёл прочь от ристалища, где вновь кружили друг вокруг друга Разор и Змий.
Вопреки уверенности своих друзей, Рем Тиберий Аркан не страдал от чёрной меланхолии. И меж костров ходить он тоже закончил. Сейчас скандально известный потомок легендарной семейки крался к шатру своей невесты, пытаясь не привлечь внимания бдительной смарагдской стражи, которую возглавлял Кассий Гальба, ранее бывший претендентом на руку Габриель, а ныне ставший вассалом Арканов.
Рема просто распирало изнутри! Он наконец дочитал до того самого места, ради которого экзарх и вручил ему дневник Мамерка Аркана Пустельги, и теперь Буревестнику срочно требовалось с кем-то поделиться потрясающей в своей невероятности новостью. И лучшей кандидатурой для этого была девушка, которая вот-вот должна стать его женой.
Потому что кто, как не Габи, подарившая жениху чудесную плесень, оценит идею отправиться в качестве свадебного путешествия на поиски следов наследия
И Рему стало не до Феникса — мимо прошёл смарагдский патруль. Нет, засеки они в густой траве Аркана — позубоскалили бы немного, погрозили бы пальцем, да и всё. Мол, ай-яй-яй, какой нетерпеливый жених! И объясняй им потом, что он не за тем, о чём они подумали, аки уж скользил во мраке к шатру невесты…
Переждав, когда воины в шапелях отойдут подальше, Буревестник заработал локтями и коленями и быстро-быстро добрался до белого полога. Тёплый жёлтый свет и негромкие девичьи голоса заставили герцога Аскеронского замереть на самой границе тьмы. Девушки пели хорошо, Рем даже заслушался.
Рем подумал, что с тканями в Деспотии как раз возникли неожиданные проблемы, да и дублеты носит разве что оптиматская знать, то есть — очень плохая партия для честной ортодоксальной девушки… Но песня звучала очень контрастно с буйным весельем мужчин у костров, слушать девушек было весьма приятно! Так и хотелось самому оказаться этим парнем в дублете, и такие мелочи, как дефицит тканей, отходили на второй план.
Скорчившись в зарослях лопуха, Буревестник ждал, пока девушки допоют, дошушукаются и дохихикают и, взяв с собой фонари, покинут шатёр Габриель. Сколько прошло времени — сказать сложно, но народ от костров начал расходиться: тарвальцы и их многочисленные родственники и друзья шли в город, дальние гости — разбредались по шатрам. Скорее всего — дело шло к полуночи. Аркан присматривался к теням в шатре — Габриель расчёсывала волосы. Рем с жутким хрустом суставов распрямился и в два прыжка оказался у стенки шатра.
— Зайчишка! Это я! — громко зашептал он.
Внутри что-то упало, девушка пискнула, но сдержалась, а потом приблизилась к тому месту, где прятался Рем, и прошептала в ответ:
— Дурак дурной, знаешь как я ужасненько напугалась! Ты чего тут? Соскучился?
— Конечно соскучился, спрашиваешь, — откликнулся Рем. — Мы только на обручении рядом постояли, и ты была такая красивая-красивая, а потом тебя взяли и увели! Это ведь сплошное расстройство! А ещё у меня есть страшно важные новости, тебе срочно нужно это узнать! Впускай меня скорей, пока никого нет!
Он чувствовал сильное нервное возбуждение: от близости к тайне — и от близости к Габи, конечно.
— Ну давай, только быстренько! — Полог отдёрнулся, и Аркан нырнул внутрь и зажмурился от жёлтого света, который исходил из изящного переносного фонаря, стоявшего тут же, на невысоком столике у кровати.
— Ой, какой ты грязны-ы-ый! Давай почищу! — Габи тут же взяла власть в свои руки, вооружилась щёткой и принялась уничтожать следы передвижения ползком по сырой траве с одежды жениха. — А ты чего молчишь? Рассказывай: что там за страшно интересные новости?
