— А вот теперь мне стало ужасненько страшно! — моргнула Габи, набирая ложечкой кушанье. — А вдруг всё испортится? Нет, с одной стороны мне нравится когда что-нибудь происходит! Но ужасненько не нравится, когда что-нибудь случается… Ну ничего, мы вот доедим шербет, потом пойдем в зал, станцуем с тобой что-нибудь красивое и медленое, а дальше продолжим совершать эпические свершения и прочие глупости!
Она миг доела шербет и потянула мужа за руку в зал. Сопротивляться он не стал: может, и не любил он танцы, но жену-то любил! Да и танцевать Рема как всякого потомственного аристократа учили… По крайней мере вечная «кесарянка» и традиционный парный танец прежних- вальтцс, считались обязательными, чтобы выглядеть прилично на балах и приемах, которые давал старый и ныне почивший герцог Аскеронский. Нынешний-то герцог ни одного бала не устроил.
— О чем думаешь? — спросила Габи, заглядывая мужу в глаза, когда они кружились по залу.
— Думаю, что нынешний герцог Аскеронский еще никогда не устраивал балов, — признался Рем.
— О! — удивилась Габи. А потом решительно заявила: — Мы это исправим! Давай кроме алхимии и фармакологии я займусь еще и мероприятиями?
— Вот уж в чем я никогда не был хорош — так это в праздниках и развлечениях! Забирай, дорогая! Забирай! Я отдам тебе в подчинение дворцового церемониймейстера — пусть страдает, зараза старая, как он меня достал со своими нарядами, поклонами, полупоклонами и подобающим выражением лица!
— Приличный, должен быть, человек! — решила Габриель.
В этот момент музыка окончилась, супруги закончили танец — именно так, как понравилось бы церимониймейстеру из герцогского дворца Аскерона: с полупоклоном и реверансом, подобающим случаю, а потом Габи заторопилась:
— Пойдем скорей в библиотеку, нам срочно нужно найти подсказки Мамерка Пустельги, а то ка-а-ак начнет тут что-то страшное делаться, и снова надо всех спасать, а мы еще свои дела не сделали! Выйдет очень по-дурацки!
— Очень по-аркановски, — пробормотал Рем.
— Что-что? — обернулась герцогиня.
— Ничего-ничего. Пойдем! — он подал жене локоть, девушка за него уцепилась, и молодые люди, расплатившись, двинули к высокому массивному зданию из желтого мрамора, которое виднелось в конце улицы. Колонны, узкие окна, крыльцо с широкими ступенями и скульптурная группа с выдающимися имперскими и местными, южными учеными и просветителями отличали сие монументальное строение от окружающего городского ансамбля.
Это и была Публичная библиотека Претории — цель свадебного путешествия четы Арканов.
— Джентльмены, леди… — седобородый благообразный библиотекарь сделал строгий жест рукой. — Будьте любезны — подождите около стойки. Мне нужно обслужить этого молодого человека и его спутницу! Судя по их документам — дело не терпит отлагательств!
Толпа молодежи негодующе зашумела. Двадцать или тридцать студентов Преторианского университета сгрудились в фойе и чуть ли не штурмом готовы были взят читальный зал. У них шла сессия — время горячее, так что юношей и девушек можно было понять.
— Мы не займем много времени, маэстру! У нас пропуск в специальное хранилище, на один конкретный ряд, — извиняющимся тоном проговорил Аркан. — Нам выделят сопровождающего — и снова займутся вами. Простите, ради всего святого.
— Вот! Вот невежды! Это — приличный человек! А вы даже про тишину в библиотеке ничего не слышали, потому что постоянно или смеетесь, или ругаетесь! — покачал головой старый библиотекарь, а потом подозвал помощницу: — Жанет! Жанет! Отведи джентльмена и его спутницу в спецхран, и глаз с них не спускай, чтобы не лезли никуда, кроме того, что отмечено в пропуске канцелярии Наместника! А вами неучи, я сами займусь, идите-ка сюда все… Куда-а-а? Девушек вперед, зас-ран-цы!
Последнее слово прозвучало очень неожиданно, так что Рем и Габи переглянулись и одновременно фыркнули. «Засранцы» — это совсем не то, чего ожидаешь от солидного импозантного мужчины лет семидесяти. С другой стороны — в его упреках имелось рациональное зерно: студенты и вправду разошлись не на шутку, но теперь присмирели.
Жанет — стройная, даже — сухощавая женщина неопределенного возраста, в строгом сером платье, очках и с прической в виде тугого узла — увела за собой Арканов. Она открывала двери ключами на большом железном кольце, и педантично их закрывала, пропустив гостей библиотеки. А потом — снова шагала по узким коридорам, залам, полным стеллажей с книгами и гулким лестницам. При всей своей кажущейся строгости, она была чрезвычайно разговорчива и трещала без умолку:
