Они уже сталкивались со сверхъестественным, или слышали о произошедшем в усадьбе Флэнаганов от друзей и родственников, и сомневаться в эффективности методов работы зверобоев не могли — это ведь было бы просто наивной глупостью! А ни людьми наивными, ни глупцами орра себя не считали. Есть магия, есть сверхъестественные силы — могучие и грозные, готовые поработить тело и душу человека. И есть два великих воины — Аквила и Аркан, которые одинаково молятся одному Богу, и потому плевать хотели на какие угодно другие потусторонние силы. Это работает!
Переждав волну всеобщего воодушелвения, Буревестник постучал пальцем по карте на стене:
— А теперь, маэстру, вы должны показать мне место, где оптиматы прорвутся в город… — прерывая удивленные возгласы, он выставил перед собой открытые ладони. — Спокойно, спокойно! Я неверно выразился: место, где МЫ позволим им прорваться в город. В нужное НАМ время! Или вы и вправду думали, что я привел с собой десять тысяч лучших в мире пикинеров для того, чтобы поставить их на стены?
Собравшиеся загомонили: план сражения начал обрастать «мясом». Арканы прославились своим коварством, и то, что предлагал Буревестник, могло стать могилой для рыцарской конницы, и, как следствие — разгромом оптиматов, если только предложить им приманку пожирнее и заставить поверить в близкую победу. Все были увлечены обсуждением конкретных деталей будущей ловушки. Деграсцы знали город и могли предложить лучшие позиции, орра — объясняли особенности тактики пикинеров и взаимодействия с легкой конницей, зверобои — делились опытом противостояния с чудищами и демонами, прикидывая, как и какого врага будут бить на городских улицах.
Рем отступил в сторону от большого стола: он привык доверять своим людям. Многие из них были умнее и опытнее его, и гораздо лучше разбирались в военном деле. Дело Аркана как Командора и герцога заключалось в том, чтобы обозначить основное направление движения и обеспечить подчиненных всеми ресурсами и инструментами для решения задачи. Что мог — он сделал, теперь дело за ними: офицерами и солдатами! А он будет рядом и во главе — с высоко поднятым черным знаменем!
— Вы не озвучили один весьма важный нюанс, ваше высочество, — Экзарх Деграса подошел почти неслышно, и его худая, но крепкая рука цепко взялась за рукав герцогского кафтана. — Возможно, нам придется иметь дело с Фениксом, верно?
Он говорил тихо, так, чтобы никто больше его не услышал. Рем сразу посерьезнел, и кивнул:
— Я почти уверен в этом, ваше высокопреосвященство. Когда оптиматы поймут, что увязли в сражении, что мы не собираемся сдаваться, а они несут чудовищные потери — Синедрион снова воззовет к этому демону. И призовет его. Так, как это было в Тимьяне.
— Тимьян сгорел, — медленно проговорил ортодоксальный первосвященник. — Что спасет Первую Гавань?
— Вера, ваше высокопреосвященство, — решительно ответил Аркан. — Вера в Бога, вера в себя самих и в наших великих предков. Я верую, потому что знаю — они не оставили нас без защиты.
— Вы говорите о чем-то конкретном, или это? — усомнился Экзарх. — Здесь, в монастыре у нас хранится множество реликвий, но я не могу представить ничего, что смогло бы…
— Вы слыхали что-нибудь про «огненные стрелы», ваше высокопреосвященство? — задумчиво проговорил Аркан. — Говорят, именно с помощью этого оружия
— Я слыхал, вы избили одного дракона дубьем, отпинали его ногами и он теперь заточен в каком-то отдаленном скиту Аскеронского герцогства, — вдруг весело, по-детски улыбнулся Экзарх. — И сообщили мне это источники, достойные всяческого доверия!
— Каюсь, грешен. Бил ногами. Но ваши источники ошибаются, это была она, — развел руками Аркан. — Она, а не он. И не дракон — а химера, в виде дракона. Как-то так получилось, что никто на этом свете не мог убить ее… Такое условие! Я и не стал убивать — избил до полуобморочного состояния. Сам не понимаю до сих пор, как так получилось!
— И сряща сожгли при помощи мыла — случайно, и Туони сетью поймали и повесили по стечению обстоятельств… — понимающе закивал первосвященник. — Послушайте, ваше высочество… Мы ведь говорим о вере, правильно? О вере в Господа, в нашу победу, в прежних… Я верю лично в вас, верю в вашу ужасную семью — Господь, видимо, не дал вашему роду пресечься именно для таких страшных периодов истории. В мирное время вы — сущее бедствие, но в кошмарные периоды Арканы нужны людям как никто другой!
— Кризисные менеджеры, — сказал Буревестник.
— Не богохульствуйте! — погрозил ему пальцем Экзарх. — И не сквернословьте, вы все-таки в монастыре находитесь…
— Это прежние так называли…
— Не важно, не важно! — отмахнулся глава ортодоксальной церкви Деграса. — Я все сказал. Мы, весь священнический клир и причет церковный, все зилоты, послушники, пономари и псаломщики — все с этого момента в вашем войске! Скажите, что нужно делать — и мы сделаем это!
