Я терплю, возбуждение схлынуло с первой волной боли и теперь внутри от его толчков ничего, кроме неприятного жжения не ощущается. В последний момент я думала, что он порвет меня — неимоверно огромный, толчки стали быстрыми и сильными. Он вскрикнул, входя в меня последний раз и остановился, крепко стиснув бёдра и не давая отстраниться.
Я застонала, слезая с него и переворачиваясь на спину. Капли крови на белой простыне, его испачканная кровью мужественность и я прижимаю ладони к низу живота. Последнее, что хотела получить от секса, так это разочарование от лишения девственности.
— В следующий раз не будет больно, — говорит он, отводя мои руки и накрывая мне живот своими.
— Да я знаю, мне бы этот раз пережить, — огрызаюсь я и чувствую расходящееся тепло от его ладоней внутри меня, вниз к ногам и по позвоночнику. От облегчения я откидываюсь назад и ловлю кайф. Боль уходит и легкость накрывает с головой.
— Так приятно, что это? — шепчу я.
— Заживляющая магия, — бормочет Вейд, но он все еще сосредоточен на руках и той силе, что протекает через его руки в меня.
— Это очень круто, — меня начинает укачивать и я чувствую, что проваливаюсь в полусон. — Э, стоять.
Я встряхиваюсь и убираю его руки. Он с недоумением смотрит на меня.
— Уже все нормально. Не болит, — поясняю я. — Но надо замести следы… Не хотелось бы трезвонить на всю Академию, что меня лишил девственности декан.
Вейд все это время молчал, потом началось его любимое щелканье пальцами и вот простыня нетронута, его бедра и мои чисты, никаких кровавых подробностей.
— Ну да, магия, — я кивнула и потянулась за одеялом.
— Будет лучше, если никто не узнает. Даже самые близкие подруги, — проговорил он, присаживаясь на край постели и поднимая один сапог.
— Ты мне восстановил плеву? — с ужасом спросила я.
— Нет, это невозможно. Просто устранил кровотечение и залечил разрывы.
— Тогда куда ты собираешься?
Он замер и посмотрел на меня.
Я забрала сапог из его рук и отбросила подальше.
— У тебя всё было, а я, кроме чертовой боли, мало что успела почувствовать.
Я видела, как по его физиономии расплывается улыбка, в следующую секунду сидела у него на руках и жадно сосалась со своим деканом. Теперь я оторвусь по полной!
Дальнейшее безумие моего романа с Вейдом можно окрестить тайной операцией агента ноль-ноль-семь и его девушки. Мы отворачивались друг от друга, если сталкивались в течение дня, игнорировали и демонстративно не замечали, словно не знакомы, но как назло, встречались сейчас намного чаще, чем за весь прошедший месяц проведенный мной в Академии.
После занятий я лепила тысячу отговорок подругам и убегала в свою комнату. Ближе к ночи в спальню заходил Вейд и мы творили безумие. Всё о чем думали днем, воплощали ночью. Я вернула ему все пытки, которые он проделывал со мной во снах, повторила все любимые моменты и реализовала все тайные желания.
Барс с жадностью требовал моей близости, отзывался на все предлагаемые идеи, не подавлял и проявлял такую несвойственную ему нежность и терпеливость. Я наслаждалась его офигенным телом, его мужской силой и какой-то запредельной выносливостью.
— Я совершенно не высыпаюсь с тобой, — жаловалась я Вейду, после многочасового ночного марафона.
— А раньше, со всеми своими путешествиями, высыпалась? — лениво поинтересовался он, обнимая меня и укладывая себе на плечо.
Прикрыв глаза, я чувствовала, что скоро усну, медленно водила пальцем по груди и прессу, чувствуя, как его дыхание шевелит мне волосы на макушке.
— Не всегда… У меня странные сны… Были…
— Ну, еще бы, — вздохнул он и слегка сжал в объятиях, коснулся губами виска.
— Помнишь чертову Амброзию?
— Чертова Амброзия стоит чертову кучу денег. Маленькое состояние.
Я хихикнула:
— Неужели ты жмот?
— Кто? — Вейд откинул с ног одеяло. Я заметила, что он вообще предпочитает спать голышом, не накрываясь и при распахнутых настежь окнах.
— Вейд, мне нужен покровитель, который сможет меня содержать. Я одобряю твое рачительное отношения к деньгам.
— Я устрою тебя к хорошему покровителю, не переживай, — улыбнулся он и снова привлек к себе, прижимаясь к макушке подбородком.
— У меня остались отвратительные воспоминания об Амброзии, не трать больше состояние на этот напиток.
— Чем же не угодил тебе нектар любви? — усмехнулся Вейд.
— Мне снились мучительные сны. Безумные. В ту ночь я как будто не спала. А еще ты пришел утром поиздеваться…
Вейд простонал:
— Ты не представляешь, чего мне стоило удержаться и не забрать главный трофей в тот день.
Мы помолчали, каждый думая о своем.
— Я рада, что ты случился со мной… Папа был бы рад познакомится с тобой.
— Кора, ты не должна была попасть сюда. Я пытался предотвратить, но меня обыграли. В очередной раз.
— Тогда я просто умерла бы и не встретилась с тобой. Так что ни о чем не жалею.
Вейд вздохнул:
— Ты еще так мало знаешь о нашем мире. Где бы тебя спрятать, чтобы ты осталась в этом простом неведение?
— Барс… я засыпаю…
— Спи, малыш. И не зови меня Барсом…
— Угу…
